Кинопольский волк

До тридцатых годов, пока коллективизация не началась, волки вообще мало кому интересны. Самая первая нормальная публикация — это «Волк» Сабанеева, но она вышла ещё в 1887. Представляете, какая старина? Александр Второй ещё живой, пять лет прошло, как Дарвина издали. Потом, вплоть до тридцатого года, сплошное затишье, ничего нового. А вот как появились колхозы, коллективизация пошла — сразу выходит целая серия про то, как волков ловить, бить и истреблять. Весь скот стал советским, а советская власть не любила, когда у неё воруют.

Для нашей науки тридцатых волк — это не просто хищник, это самый настоящий классовый враг. Сразу вспомнили, что он «серый помещик». Его не изучали, а истребляли. Зворыкин открытым текстом пишет: о волке мы знаем мало. Книжечек издали много, но о повадках там почти ничего. Три темы — как выслеживать, как стрелять, как разделывать тушу. Хотя мясо у волка не вкусное.

— Ладно, про мясо ты прав. Но ты, надеюсь, согласен, что при Советах волк своё место знал?

— Знал. И не рез пытался вырваться. В семьдесят третьем даже в Главохоте были уверены, что волк нашим овцам больше не опасен. Прошло лет пять — и в конце семидесятых волков опять навалом. Никто толком не знал, почему.

— Звери расплодились?

— Или какой-то свой цикл. Демография животных — штука сложная.

— Надо же, — усмехнулся охотник, — дети какие пошли. Лучше меня знают, что было в Главохоте.

— Это я к вступительным экзаменам готовился.

— И на кого ты будешь поступать? Неужели будущий зоолог?

— Этолог, если быть точным.

— Этолог — это кто?

— Зоопсихолог. Изучает поведение животных. Их характер, повадки, воспитание, формирование, инстинкты, рефлексы…

— Надо же, какие науки есть. И, судя по поезду, — охотник оглянулся по сторонам, — поступать ты будешь в Питер?.

— Разве в Питере учат, — отмахнулся будущий натуралист, — Там ни этологии, ни ветеринарии. Энтомологи есть, этого не отнять, но с животным миром там послабее. Вот в Москве школа хорошая, но они там на биоинформатике повернулись. А этология, за какую не стыдно, есть только в Кинополе.