Кинопольский волк

— Не беспокойтесь, — произнёс Кинель, — И чувствуйте себя как дома. Мы все здесь оборотни.

— Итак, что же у нас получается? — Апраксин скинулся на спинку кресла, — Вчера днём убит член коалиции. А вечером кто-то атакует ещё двоих — мою дочь, а также самого председателя. Они плохо знают город, но очень хорошо знают, по каким точкам бить. Как минимум в трёх случаях — хотя я уверен, что четвёртый очень на них похож — это непонятные религиозные люди, у которых есть мотоциклы, серебро, ружья, чёткий план, но нет представления ни о городских обстоятельствах, ни о том, где мы будем прятаться.

Они знают наши шкуры, наши полнолуния, наши домашние адреса в человеческом виде. И это означает, что им их кто-то сказал. А ещё — что спрятаться от них мы не сможем. Да, мы можем переехать в другие квартиры. Но они и там нас найдут.

— Каким же образом? — осведомился оборотень с морщинистым лицом и редкими белыми волосами.

— Каким точно — не знаю.

Но я уверен, что тем же самым, каким они узнали, где мы сейчас.

— Значит, будем драться, — сказала женщина в чёрном кресле, — Убит наш, из коалиции, — какие могут быть вопросы? Всё по уставу.

Кинель едва заметно кивнул.

— Я полагаю, что мнение госпожи Алчихиной не вызывает никаких возражений. Мы не можем прятаться и должны дать отпор.

— Есть вопрос, — Апраксин поднял палец.

— Если он есть, я полагаю, что сейчас самое время его задать.

— Вопрос такой: а кому мы его даём?

За столом возникло замешательство. Однако Кинель выглядел всё таким же спокойным.

— Это хороший вопрос. И я уверен, что вы не задавали бы его, если бы не знали приблизительного ответа.

— Знать — не знаю, но мысль одна есть, — отозвался Апраксин, — И как мне кажется, она очень верная. Смотрите сами — это люди, достаточно богатые, чтобы стрелять серебром, достаточно фанатичные, чтобы гибнуть самим, и при этом достаточно чужие, чтобы не знать город.

Кроме того, я ни разу не слышал о таких преступлениях. Значит, такие люди появились в городе недавно. Я не думаю, что они стали бы так ловко прятаться десять лет, чтобы так неудачно атаковать за одну ночь.

— Кто же эти люди?

Апраксин обвёл в воздухе круг.