Восход Проклятой. Второй том.

Впрочем, это по-прежнему не было в тягость, поскольку я любила дорогу. Ощущение вечного движения, постоянные изменения в природе, воздухе и даже небе, все это наполняло мою жизнь своими удивительными нотками, что пока еще, не наскучили. Днем я возвращалась к своим обыденным делам, учебе и небольшим исследованиям, тренировкам с Гвин, ночью исследовала свои сны, внимательно касаясь каждой их грани, желая познать собственные видения от начала... И до самого конца.

К счастью, мои опасения не подтвердились, тот кошмар, что дал мне столько свободы, не стал последним или более того, исключительным.

Теперь каждую свою ночь я начинала именно с него, и я приняла это как знак. Как символ их продолжающегося надсмотра над моей жизнью и судьбой, которую они сами прокладывали, уводя все дальше и дальше по линии моего существования. По моему мнению, я перешла для них на следующий этап, перешагнула ступень, справившись с подготовленными испытаниями и приняв новую судьбу, к которой стремилась с детства, что означало лишь то, что сейчас, я была победительницей, которая стала достойна того, чтобы пройти дальше, вслед за богами. И пусть будущее оказалось показано ужасающе, я знала, что стану бороться с этим, что не позволю страху возобладать над разумом, какой бы ужас не испытывало мое тело и чтобы не ждало меня дальше. Исследование кошмаров оказалось действом удивительным, в какой-то мере, даже захватывающим дух. Я потратила на это те трое спокойных и благодатных дней, но даже не изучила и крохи из той части новых деталей, новых идей и сюжетов, заложенных в моем видении и которые ожидали меня за пределами моего первого хождения вглубь, к клену. Получив свободу действия, обуздав тело и мысли, я стала бродить по миру, изучать его, касаться земли и костей, слушать кровь, ощущать боль вокруг. Раз за разом оказываясь в начале пути, я рассматривала то, что скрывалось в могилах, среди курганов и внутри их, в них таились странные осколки плит, украшенные неизвестными мне письменами и рисунками, разорванные тела, сломанные клинки и порванные в клочья бумаги. Все казалось таким реальным, таким правдоподобным, что порой, я даже забывала, что это просто сон… и начинала жить этой жизнью по настоящему, не страшась уже ничего и чётко зная, кто я и что делаю здесь. По крайней мере, я знала это в кошмаре… а по утру забывала, вновь просыпаясь, как ни в чем ни бывало, но несмотря на это, многое из того, что я делала, оставалось со мной, не спеша улетучиваться по утру.