Тайные тропы Варленда

Она по виду определяла кому в стражу на стены, с глаз долой и сердца вон, кому в дозор «с бывалыми» ходить и шастать нарядным, а кто воронам на корм пойдёт, если капитана слушаться не будет.

– За такими особый присмотр нужен, – посоветовала Чини. – А то ложки в замке пропадать начнут.

Оба отмечали, что бывалых воинов немного. В основном добровольцы и желторотые юнцы, привлечённые байками завсегдатаев старой харчевни в лесу. Те едва явились по деревням, как сразу принесли фривольные рассуждения о том, как их «сам барон от пьянства отвадил и на службу назначил».

Ещё меньше среди салаг было тех, кто при оружии и обмундировании. В лучшем случае являлись с деревянными щитами, со старыми видавшими видами луками, при ножах в стоптанных сапогах, да при топоре.

– Всё не так уж и плохо. Хоть вилы на полях оставили, и то будет, – рассуждала Чини, пока Мечеслав раздавал то немногочисленное обмундирование и оружие, что осталось от прошлых хозяев и угнетателей по наследию.

Раздевал их Андрен лично волшбой высокой или инвентарь сам среди бастиона оказался, морская свинка точно не знала, а вот тела поверженных как корова языком слизнула.

Новым слугам и костей не оставили, чтобы было что схоронить. Да и пятен кровавых никто не замывал на каменном полу и среди стен сложенных. Даже в казематах подземных ни одной погнутой решётки не нашли. Камеры новые, решётки блестящие. Только пыточная пропала. Хоть нового палача нанимай, да лучше со своим «скарбом».

У ворот стража, что едва в наряд вступила и лучшие места в казарме в ночи заняла, спозаранку встречала людей.

Среди них просителей, торговцев, рабочих, крестьян и даже проходимцев всех мастей. Последние желали «развлекать публику или принять участие в новых авантюрах барона», как с их слов. А как по виду, так иначе и не скажешь. Беден простой народ по округе. Серы и обветшали его одежды. А сапоги стоптаны.

– Но к нам идут, и на что-то надеются, – добавила для белобрысого капитана Чини, что в Мечеславе первая друга приметила.

Молчаливый, угрюмый, с копной волос цвета пшеницы, капитан рот открывал не часто. Лишь тогда, когда советы её исполнял.

Тихим был он и при бароне, как до харчевни прогулялись. Он слушал её и подчинялся. А лучших ушей для морской свинки на свете было ещё поискать.

Одним из первых на рассвете явился Вий. Расположившись неподалёку от ворот у гружённой телеги, трактирщик принялся распродавать остатки старых запасов.