Тайные тропы Варленда

Но больше всего его беспокоил настрой графа Аткинса и её успехи на западном и северном рубежах. Собрав все силы в кулак он способен на многое. Празднующая юбилей Империя в пылу праздного угара может не предать значения силам Освободительной армии у своих границ, пока та не возьмёт форт.

Не для того он переименовывал форт Новой Надежды, чтобы смотреть как его снова захватывает враг.

Часть первая: "Князь". Глава 8 - Граф

Время – наиболее ценное из того,

что может потратить человек.

Истина

Месяц бога Земли.

Замок на реке Керчи.

Длань в тяжёлой металлической перчатке с грохотом опустилась на стол. Дубовые доски жалобно скрипнули, но столешница выдержала гнев полководца.

– Граф Андрен Хафл милостиво разрешил графу Аткинсу выкупить своих подданных, но он отрёкся от вверенных людей! Пленных офицеров без малого три десятка. А за них и монеты не предлагают. За солдат и вовсе – морды готовы набить. Таких и Провал не возьмёт.

Мечеслав не сдерживал крепких слов.

В зале заседания совета женщин нет. Чини занята счётами расползающегося с запада на восток графства и считает каждую монету, но осталась глубоко в тылу, в бастионе, подле Вия и Коря. А граф Андрен и сенешаль Грок, что всегда на передовой, больше ценят открытость, да крепкое плечо в бою, чем лицемерие удобных слов.

– Наших же пленных не меняют и участь их печальна, – вздохнул светловолосый полководец. – Я слышал про кровавые обряды на севере у подножий гномьих гор.

Тянется жертвенный дым из самих разломов. Трясётся земля. То не благословенный шёпот храмов богов, как поговаривают. То проклинают всё живое сами Долунные демоны.

– С каких это пор ты собираешься слухи? – донеслось от Андрена, что пытался подремать в кресле. – Собирай суть!

На этом погорел не один шпион Аткинса. Прокололись на мелочах и лести, рассыпая лепестки роз под ноги вместо того, чтобы громыхать камнями войны и вставать в строй даже в моменты, когда грязь летит в лицо без забрала.

Теперь полный подвал горемык. Ожидают своей участи вместе с офицерами, солдатами и теми бандитами, кого не успели перебить или подвесить на суку, а брали без сознания в плен или ранеными.

– Не мудрено, что враги переходят целыми манипулами в стан… имперского верноподданного, – добавил тысяцкий к своему бурному вступлению с лёгкой заминкой. – Бегут на правый берег разделительной реки.

Тысяцкий – это звание далось Мечеславу тяжело.