Некромант: Последний из Легиона

- А до меня в ваш славный город кто-нибудь приезжал?

- М-м… Другие охотники. 

- И всё? – Эл снял капюшон и воззрился в глаза бармену. 

Тот скользнул взглядом на открывшийся лоб Легионера, где чётко виднелось клеймо – причудливый символ, напоминавший одну из древних рун. Запретных рун. 

- Я задал вопрос, - напомнил Эл.

Бармен поспешно опустил глаза. Теперь они с демоноборцем смотрели друг на друга.

- Был ещё один человек, - сказал бармен, застыв, точно соляной столб. – Мужчина, лет тридцати.

- Опиши его.

- Ну-у… Невысокий, худой, волосы, кажется, чёрные. В лиловом камзоле и шапочке такой смешной, плоской. На боку вместо меча шпага болталась. 

- Он приехал на лошади?

- Ага. Гнедая, - зачем-то добавил бармен.

- Давно это было? 

- Дней за шесть до твоего появления. 

Охотник побарабанил пальцами по стойке. 

- Гус, я умираю от жажды! – хрипло крикнул бармену кто-то из зала. – Хватит трепаться – принеси мне пива!

- Минуту, Двин, - откликнулся собеседник Эла.

Послышался недовольный ропот, но на этом вмешательство в разговор закончилось. 

- Долго он здесь пробыл? – спросил Эл.

- Сутки. Переночевал наверху, - палец бармена указал в потолок, - да и был таков. 

- Заплатил?

- Честь по чести.

- А как представился? Имя помнишь?

- Назвался Хигзом, а фамилию не сказал. Да её и не спрашивал никто, вроде.

- Не сказал, куда едет? 

- Неа.

- Почему ты так решил?

Бармен пожал плечами и принялся вытирать тряпкой и без того сухую стойку. 

- А куда ещё-то? До других городов раза в три, а то и в четыре дальше. 

- В номере, который он занимал, сейчас кто-нибудь есть? 

- Я уж не припомню, в каком он был. Надобно Твиля спросить. 

- Кто это?

- Так коридорный. Ну, и вообще, расторопный парень. То тут, то там поможет. Да ты его наверняка видел.

- Зови его.

Бармен недовольно поджал губы, но кликнул из чулана парнишку лет шестнадцати, сутулого, нескладного, с длинными тонкими руками. Тот вышел, вытирая пальцы тряпкой.

- Чего надо? – прогнусавил он, взглянув исподлобья на Эла, но обращаясь к бармену. 

- Кто занимает комнату, в которой ночевал тот, со шпажкой?

- Фиолетовый-то?

- Он самый. Давай, Твиль, напряги мозги. 

 Парнишка почесал шелушащийся нос и сморщился, словно укусил лимон.