Некромант: Последний из Легиона

 

Бормоча проклятия в адрес зверька, Трик направился подбирать вонзившийся в землю топор. 

Обезьяна сочла за лучшее отбежать от него подальше. Она была готова при необходимости нырнуть в заросли, но пока не уходила, с беспокойством поглядывая то на Кройнов, то на старика. 

Бинки глубоко затянулся. 

- Птицы расклюют тебя, - сказал он бродяге, подтягивая свисающий конец верёвки. – Не хватало ещё землю поганить такой гнилой развалиной. 

- Да уж, копать ему могилу я не собираюсь! - усмехнулся Трик.

– Много чести.

- Ты бы и родной матери могилу рыть не стал, - заметил Нейд. – Поленился б.

- Эй, полегче! Она у нас общая вообще-то. 

- А я не о ней, а о тебе говорю.

- Хорош! – оборвал спорщиков Бинки. – Идите лучше помогите мне, - он дёрнул перекинутую через ветку верёвку. – Одному мне, что ли, его тащить?

- Неужто не справишься? – поддел Трик. – От бродяги остались кожа да кости. Ну, и немного гноя с сукровицей. 

Старик схватился за верёвку, словно хотел снять её, но Нейд упёрся коленом ему в спину и затянул петлю сильнее.

Трик подскочил и с размаху ударил прокажённого сапогом в живот. Раздался влажный звук, словно что-то лопнуло. Кройн размахнулся и врезал ещё раз, теперь метя по рёбрам. Изо рта бродяги вырывался только хрип – так туго обернулась верёвка вокруг его шеи. Но выпученные глаза свидетельствовали, что внимание Трика, уделённое его персоне, не осталось незамеченным. 

- Хватит развлекаться! - гаркнул Бинки, выкинув окурок.

– Идите сюда, живо! – он присовокупил смачное ругательство. 

- Ты злишься, потому что мы веселимся без тебя, - тонко подметил Нейд, но верёвку выпустил и толчком отправил старика на землю.

Тот распластался в траве, задыхаясь и пытаясь подцепить обломанными ногтями петлю.  

Кройны дружно взялись за конец верёвки. 

- Вон к тому торчащему корню прицепим, - сказал Бинки, указав глазами на основание дерева. – Ну, поехали!

Когда тело старика после третьего рывка взмыло вверх, и обмотанные тряпьём ноги задёргались в воздухе, обезьяна взвизгнула и сиганула в кусты.

Больше она ничего не видела – пока осторожно не вернулась ночью, чтобы влезть на дуб и, пройдя по ветке, перегрызть верёвку, на которой, словно насаженный на крючок червяк, извивался оживший хозяин.  

Глава 20

Керли тоже мучили кошмары. Почему-то эта новость одновременно ещё сильнее напугала и в то же время успокоила Мирду и Ланса. Выходило, они не одни такие.