Род (*10 иллюстраций)

Раскрыв свой подарок, берегиня Отшельника обнаружила серебряный браслет в обрамлении замысловатого рисунка, напоминающего кельтскую вязь, но в то же время отображающий целые картины: животных, деревья, мир вокруг. Разглядывая его под разными углами, всегда можно было найти что-то новое.

– Замечательно! – восхитилась Наталья.

Подойдя к Космоведу, она чмокнула его в щечку. После чего застегнула браслет и села на место до того, как Леля что-то добавила в объяснениях.

Сама же богиня на этот раз промолчала. Видимо, ничего странного в браслете не наблюдалось.

За исключением искусной работы мастера. Был он изготовлен Людотой, что жил в «Киевской Руси» в IX веке нашей эры.

Дмитрий не успел достать новых подарков. Из дома ко всем вышли Лера с ребёнком на руках. И Елена, что несла новую колыбельку.

Сёма подскочил, пойдя навстречу. Впрочем, не дойдя до Валерии каких-то пару метров, ощущая в спину испепеляющий взгляд берегини, он взял колыбельку у Елены и, возвратившись к беседке, сделал вид, что шёл только за ней.

Затем блондин принялся подвешивать колыбельку среди прочих висячих мест для детей под крышей беседки.

Лере было всё равно. Бледная измученная долгой тяжёлой ночью родов, она шла с хорошо укутанным ребёнком к столу полусонная и поникшая. Подойдя к беседке, не стала отдавать ребёнка в руки Семёна, уже разобравшемся с колыбелькой, а просто села тихонько с краю скамейки, укрытой одеялом, и с небольшим интересом принялась разглядывать гостью.

Леля же с нескрываемым интересом наблюдала за Светленой на руках матери.

Ауры ребенка искрились, переливались, создавая целые гаммы. Про таких детей говорили «а во лбу звезда горит». Так полыхали реинкарнации Коляды, предпоследнего из которых назвали Христом. Так сиял Будда. Так озарялись Светочи. Светлена выделялась даже среди всех присутствующих в беседке.

– Чудесный ребёнок. Силы от отца и матери взяла. И сама при Силе, – сказала богиня.

– Угу, – безразлично кивнула Лера.

Ей говорили, что в гости пожаловала сама богиня любви, но роженице сейчас было всё равно, кто перед ней.

Ещё от родов не оправилась.

Дмитрий долго обнимался с Еленой, временно забросив мешок у беседки. Соскучился по жене больше всего.

Накренившись набок, мешок некоторое время стоял, а затем упал, и высыпал на пол ещё три подарка.

– Они там подписаны! – крикнул Дмитрий от дома. – Разберите, пожалуйста, сами. – После чего вновь вернулся к объятьям жены.

Он дышал ей и не мог надышаться.