Расширяя границы

— Вадя! Ты все же сдержись! — пропыхтел Олег, проталкиваясь вслед за проводником. — Это все же важная дипломатическая миссия. Толанас ожидает нас у входа.

— А мне, к примеру, под землей душно, — пробурчал Тарас. — Никогда из-за этого не любил ездить в метро.

— Это же гномы! — Паулинг ловко увернулся от пролетавшего мимо гнома, нагруженного каким-то хламом. — Альтернативы нет. Остается только завидовать Юрасу. Он сразу же нашел благовидный предлог и отказался. И Лео тоже хорош! Он, видите ли, Солнечный. Он без солнца не может.

Да вон его сколько, солнца-то!

Мы все же протолкались к воротам дворца. Краткая беседа проводника со стражами, и мощная створка поползла в сторону, открывая нам дорогу в сердце гномьего царства.

— Ну, наконец-то! — бросился к нам Толанас. — Я уже весь извелся. По протоколу, мы должны зайти в зал церемониальных встреч через двадцать минут.

— Это по какому такому протоколу? — удивился я, преобразуясь. — Визит же неофициальный!

— Мне королевский министр, Страмварус, сказал, что у них все по протоколу, — виновато пожал плечами Толанас.

— Даже неофициальные визиты.

— А раньше сообщить об этом не догадался?! — возмутился Тарас. — Мне надо было, в таком случае, по две косицы на висках заплести! Да если кто узнает, что у меня было только по одной — засмеют!

— Уже начали засмеивать, — хмуро кивнул я и указал на Олега: — Особенно вон тот, который ручкой в блокноте сейчас шкрябает.

Из записей вещего Олега:

«…Удостоились мы аудиенции у короля Подгорного народа, коим себя гномы рекут.

Держался он просто и приветливо. И не скажешь, что король перед тобой. И было это мило нашим сердцам…»

В воротах появился крепкий гном. На его плече покоилась огромная кувалда. По густой пыли на одежде, лице и волосах можно было понять, что он только что из забоя. Он торопливо направился к дверям, но, увидев нас, остановился.

— Ого! Вот это рост! — сообщил он в пространство.

— Это не у нас «ого», — раздосадованно откликнулся Тарас. — Это у тебя с «ого» не сложилось.

У нас-то рост нормальный, среднеэльфийский.

Гном издал звук, похожий на громыхание металлической бочки по брусчатке, когда эта самая бочка катится по наклонной дороге. Это у гнома обозначало смех, как я потом понял.

— Так ведь и у меня среднегномий, — отгрохотав свое, заявил этот мужик.

Он с любопытством уставился на нас.

— Вы, часом, не то самое посольство эльфийское, из-за которого весь двор с утра на ушах стоит? — поинтересовался он.

— Что?! — нахмурился я.