КНИГА ДЕМОНА: Чернильные души

Я не знаю, что это за народ такой, раз их тралланы боятся. Всяких видал - и злодеев, и просто поганцев, но все они были люди обычные, и понять их можно было, как любого человека. А эти - откуда вообще они такие взялись?!

Тильт промолчал. Далька дернул плечом, предположил:

- Из Оккетара?

- Вряд ли. В Оккетаре живут такие же люди, как и везде, что бы там про них не выдумывали. А эти... Даже не знаю, люди ли они вообще... Проверить бы, да как тут проверишь. У человека, у него главное отличие - если ножиком или мечом проткнуть хорошенько, то помирает без особенных затей.

А насчет этих сомнение меня берет, ой, какое сомнение... 

Тильт в ужасе оглянулся - не слышал ли Тень слов разбойника. Однако на них никто не обращал внимания. Пленники прошли через замшелые ворота, по которым сновали бледные ящерицы, и оказались в небольшом дворике, в центре которого истекала зеленой жижей растрескавшаяся чаша фонтана. Здесь царило запустение: истертая побитая брусчатка вспучилась, подавшись напору растительности, земляные бугры поросли плющом, из забитых пылью щелей торчали снопы высохшей осоки и прутья конского щавеля, на голых кустах трепыхались последние скукоженные листья, да серебрились лоскуты паутины.

Дворик был окружен множеством каменных строений непонятного назначения. Скорей всего это были алтари или молельные домики, давно заброшенные, наполовину разрушенные. Какие жертвы здесь приносились, каким богам возносились молитвы - было не понять. Несколько покосившихся безголовых статуй стояли на гранитных постаментах. Но кого они изображали? Людей, богов?

Впереди, по ту сторону дворика полого поднимались широкие истертые ступени. Они вели к небольшой площадке, уставленной мраморными колоннами. А позади нее - над нею - был виден храм, вырубленный из склона горы.

То, что это храм, а не что-то иное, становилось ясно с первого взгляда. Изящное сооружение было исполнено величия, оно подавляло и воодушевляло, вселяло восторг и заставляло таить дыхание.

Со второго взгляда становилось видно, что храм, как и все вокруг, переживает не лучшие времена.

Когда-то яркие фрески давно выцвели и растрескались, немногочисленные сохранившиеся витражи едва угадывались под слоем пыли и грязи, от причудливой лепнины остались редкие фрагменты. В нишах и на выступах росли чахлые кривые березки, плющ душил колонны, на стенах пестрели пятна лишайника и мха...

Человек, прозванный Тенью, шагнул на лестницу, ведущую к храму, и остановился. Обернулся, дожидаясь отставших.