Панголин

Подвесил походный гамак, искусно связанный из тоненьких веревок. Сделал из листьев и травы подстилку и укрылся легкой накидкой. Только он закрыл глаза, как глубокий сон тут же схватил в охапку и потащил в тягучую пустоту забытья.

Опасные встречи

Из проповеди Мироноса у ворот.

Молитесь дети мои, обращаясь ко мне:

Отче наш, Миронос, сущий на небесах! Да святится имя Твое;

Да придет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе;

Хлеб наш насущный дай нам на сей день;

И прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим;

И не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого.

Ибо Твое есть Царство и сила и слава вовеки. Аминь.

На рассвете натужно скрипнули несмазанные петли восточных ворот Мирограда, и солнце осветило двенадцать всадников. Впереди на черном коне ехал Филипп. Следом – волколак в кольчужных доспехах. У него за спиной крест-накрест висели два меча. За ним – панголин в сверкающей малахитом чешуйчатой броне: лук, короткий меч, кинжал. Дальше – два минотавра в стальных латах на конях тяжеловозах, за спинами – двуручные топоры.

Замыкали небольшой отряд семь воинов-арбалетчиков в легких кожаных доспехах и серых плащах с черными крестами на белых ромбах – элитные войска Мироноса. Все вооружены короткими мечами, копьями и арбалетами, у каждого за спиной щит.

Кони недовольно фыркали, выпуская клубы пара в холодный утренний воздух. Их провожали ответным храпом лошади в загоне у постоялого двора. Воинов же провожал мутным взглядом заспанный солдат без шлема, поливая угол обильной струей.

Справив нужду, он высморкался, вытер пальцы о металлический нагрудник и скрылся в недрах трактира.

Отряд ехал молча. Каждый думал о своем. Солдаты – о кружке пива, картах и мягкой заднице проститутки. Минотавры – о просторных сочных лугах, кулачных боях и толстой шлюхе. Панголин – о предстоящем походе, о то, что не место в грибнице этой лязгающей металлом толпе городских вояк, о том, как уберечь их от неминуемой гибели. Волколак – о Филиппе: удобно ли тому сидеть в седле, не понесет ли лошадь, не спит ли хозяин и не холодно ли ему? Главный чистильщик не спал.

Он думал о великой миссии уничтожителя дьявольской книги.

* * *

Луч солнца пробил завесу листвы и резанул глаз. Грэм вылез из гамака. Сладко потянулся, собрал вещи и спрыгнул на землю. Оранжевый шар только начал свой неспешный переход по небу и точно указывал направление. Панголин даже не стал сверяться с компасом и зашагал навстречу солнцу.

Целый день он шел по молодому лесу.