Путь отречения. том 2 (II часть) Последняя воля

— Мне дан приказ… Ваше Высочество, — будто бы нехотя ответила она. — У нас не принято оспаривать приказы.

— Я прошу лишь об отсрочке, — возразил Марк. — Один день может решить судьбу обоих наших народов, княгиня. Уверен, князь не хотел бы, чтобы пролилась невинная кровь.

— Насколько мы слышали, — ее глубокий голос прозвучал неожиданно тихо, — невинная кровь уже пролилась. Бартайота во власти огня и меча. Человек, которого ваши люди именуют королем, не даст нам времени, как и своему собственному народу.

Взглянув в ее раскосые зеленые глаза, Марк прищурился.

— И все же, Дарита, я настаиваю. Именем Бонары прошу вас подождать хотя бы до утра. Мое сердце чувствует, что она уже близко. Ей одной под силу остановить это безумие.

Медленно кивнув, княгиня обернулась к выстроившимся на берегу всадникам и что-то выкрикнула.

— Хорошо, — коротко ответила она, вновь посмотрев на Марка. — Ждем до рассвета.

* * *

Деревенька, расположенная неподалеку от пасеки, была небольшой, домов в тридцать, но судя по аккуратно подстриженным газонам и выложенной брусчаткой дороге, по сторонам которой темнели короткие масляные фонари, вполне благополучной и зажиточной.

Отыскав дом с красной черепичной крышей и низеньким забором, по всей длине которого вился пожухлый плющ, Карл решительно направился к калитке. Несколько раз дернув ручку, он достал кинжал и постучал по железным прутьям. Раздался заливистый лай. Стоящая радом пантера тихо зарычала, и собака тут же замолкла. Спустя мгновенье со стороны дома послышались торопливые легкие шаги.

— Что вам угодно, господин? — отворив калитку, спросила пожилая женщина, настороженно окинув его взглядом.

Карл слегка поклонился.

— Ужин и ночлег. Мне порекомендовали ваш дом. Я щедро отблагодарю.

— У меня уже остановился один постоялец, — нерешительно ответила хозяйка, — поэтому могу предложить только небольшую комнату с одной постелью. Если вас это устроит, проходите.

Лирамель показалось, что брат на какое-то мгновение заколебался.

— Вполне устроит, — наконец произнес он, учтиво кивнув.

— Что ж, тогда проходите, — женщина посторонилась, пропуская их в сад, а сама вновь заперла калитку.

Узкая извилистая тропинка, выложенная мелким битым камнем, упиралась в деревянный порог, возле которого лежал темно-синий и по виду совершенно новый коврик. Подождав, пока Карл вытрет ноги и войдет в дом, Лирамель знаком приказала кошке лечь у забора и шагнула вслед за братом.

Гостиная начиналась от входной двери и занимала большую часть дома.