Адепты смерти

Перед Навьим днём, в середине березня, от отца в крепость пришло письмо. Благородный лэр желал срочно видеть меня в столице. На письме красовалась королевская печать, что означало поддержку намерений отправителя его величеством. Дочь советника коменданта рвалась назад в столицу и бросила Бойдана ради меня. Мне она никогда не нравилась, и я честно объяснил девице, что у нас с ней ничего быть не может. А Бойдан словно с цепи сорвался! Любым способом он стремился добыть золота, купить особняк в столице и вернуть возлюбленную.

Меня он возненавидел.

У орков примерно в то же время появился молодой шаман. Говорили, будто он спустился с гор. Поведение зелёных сильно изменилось. Они захватили несколько наших небольших сторожевых крепостей. Нападали, когда большая часть гарнизона отсутствовала. Практически не получив отпора, орки выжгли десятки деревень и ограбили приграничный город.

Позднее выяснилось, что у зелёных среди нас появился осведомитель. Им оказался Бойдан Рох. – Дарен замолчал.

К тому времени гости трактира разошлись по домам. В зале осталась только компания адептов и трактирщик, бывший сержант, сочувственно внимающий сослуживцу.

– Выходит, ты сейчас – благородный лэр Корлин? – с сомнением задал Дарену вопрос Ярек.

– Нет. Отказался в пользу младшего брата, законного сына лэра. Знаешь ли, это не моё! Жизнь при дворе – сомнительное удовольствие. Там надо иметь несокрушимое здоровье, бычью выносливость и железные нервы! Я же люблю свободу и ненавижу придворный этикет…

Все рассмеялись.

Никто не сомневался, что нервы у Дарена в полном порядке. А придворный этикет, действительно, большая помеха личной свободе.

Глава 8

ТОНКАЯ НИТЬ

Зима задержалась. Вплоть до начала кветня лежал снег и дул ледяной, пронзительный ветер. Но за две последние седмицы резко потеплело. Весело зажурчали ручьи, растаяли остатки льда на реке, и в воздухе запахло весной. На пригорках зазеленела трава, ранние жёлтые цветки на толстых коротких стебельках подняли к синему небу пушистые головки.

Запели жаворонки, оглашая окрестности звонкими переливчатыми трелями.

Разгоняя полотенцем едкий дым, Ярек распахнул окно. На рабочем столе валялись обгорелые фрагменты чертежа охранного артефакта, над которым адепт просидел половину единственного за седмицу свободного от занятий дня. К несчастью, большая часть чертежа сгорела в магическом огне.