Дорогой скорби: крушение Ордена

В том числе и наи братья и сёстры в Академионе.

– Вам и невдомёк, чем мы там занимаемся, вы всего лишь кучка собравшихся свободолюбцев, – речь Глориана наполнена пылающим гневом, а сам юноша едва привстал. 

– Помолчи щенок, ты сейчас говоришь с рыцарем. Хоть среди нас и нет званий, ты соблюдай уважение, коли же сюда пришёл, – Люций подался вперёд, угрожающе нависая над кафедрой.

– Вот оно ваше равенство, – напыщенно заявил Глориан. – Я больше не намерен выслушивать эту демагогию.

«Ненадолго его хватило» - ехидно помыслил Азариэль.

После слов, Глориан встал из-за стола и направился к выходу, его ни кто не останавливал или выговаривал ему упрёков, ибо он фанатик идей, и никто кроме него самого их не разделяет. Никому не были интересны идеи полного контроля над всей деятельностью членов учебной организации и отсутствия любой информации о деятельности главы этого «совета», словно он местный князёк. После того как он вышел, все вернулись к прежнему разговору, позабыв о напыщенном индюке.

Люций вышел из-за трибуны, взял с собой странную книгу и пошёл по направлению к Азариэлю, отчего юноше стало не по себе.

- Не беспокойся, брат наш. Меня не нужно страшиться, – поняв беспокойство юноши, лаской попытался его обольстить воин. – Твоё удивление, это чувство… в тебе зажигается свет истин новых, в которые не каждый может быть посвящён.

Безупречность его доспехов просто поражала, даже под обычными свечами они ярко переливались цветами.

– Брат, теперь ты видишь, почему ты должен быть с нами, в том «научном совете» сидят «велеречивые» свиньи, занятые только своими идеями.

– Ты ведь помнишь, как ты на днях поссорился с Глорианом, ты ведь поссорился с ним из-за идей, связанных с «нижним советом»? – спросила одна девушка, сидя за столом.

И действительно, Азариэль помнил как он на днях, жутко поругался с Глорианом, по поводу воззрений, связанных с «научным советом». И как бы Азариэль не доказывал свою точку зрения, Глориан ни за что её не принимал, что привело к ссоре, которую пресекли профессора.

– Я… я не знаю, – растерялся юноша, не зная, что ему ответить и сколько придётся разводить театральщину волнений и переживаний.

Тут, из-за стола встаёт девушка.