Там лежит Бездна

Словно  это не имело ровным счетом никакого значения, да и сам Йонге Далине тоже  был совершенно неважен, так, небрежно начертанное на песке имя, смытое  набежавшей волной. Йонге доводилось видеть компаньона разным, радостным и  обозленным, довольным и обескураженным, но вот таким — неуместно  равнодушным, полностью рухнувшим в собственные мысли — никогда. И этот  бессмысленный, онемевший взгляд...— Мне надо спешить, — отчетливо произнес Рудольф. — Я и так слишком задержался.— Что? — Йонге замер с флаконом в руке и наполовину вытащенной пробкой.

—  Руди, не лезь ты под руку. Сейчас двинем спасаться. Мы непременно  спасемся, не можем же мы вот так запросто отдать концы!..— У тебя все будет хорошо, — пропустив слова напарника мимо ушей, заявил  Серый Страж. — Когда-нибудь у тебя все будет хорошо. И здесь, и там,  среди Теней.Прежде чем Йонге успел его остановить, Рудольф выскочил из арочной тени, стремительно припустив через бывшую рыночную площадь. «Твой друг так рьяно рвется в бой?» — звонко щелкнул под шлемом клыками Сайнжа.— Я не... О, нет-нет-нет, только не это! — подхваченные в тавернах  обрывки сведений, рыночные сплетни, туманные фразы в фолиантах по  истории Ордена Серых Стражей, собственные догадки — разрозненные цветные  пятна вдруг рывком слились в цельную пугающую картину. — Во имя  Создателя, как можно быть таким тупым? Зов, из-за скверны в крови он  слышит Зов, его влечет туда, к этим тварям! Их собралось слишком много,  Руди не может им противостоять, он либо умрет, сражаясь, либо станет  таким же, как они!«Так удержи его». — Как?!Вместо ответа Сайнжа повел копьем, на излете движения слегка оцарапав висок Йонге.«То, что ты называешь менталисити. Позови его внутри своего разума».— Он не услышит! — в отчаянии заорал Йонге.«Но ты же слышишь меня».— Тебя — да! Его — нет! Мы же не такие, как вы... мы просто люди!Рудольф уже успел взойти на мост и преодолеть часть пути до первой развилки. Стая многоголосо, визгливо заурчала в предвкушении.«Пропади оно все пропадом. Был у меня единственный друг, и я не  собираюсь его терять лишь потому, что у него в башке помутилось», —  мышцы горла свело привычным спазмом, когда Йонге двумя быстрыми глотками  опустошил флакон. Пить лириумную настойку — все равно что пить горячий  лед. К этому невозможно привыкнуть. Невозможно подобрать точные слова  для описания вкуса.