Вниз по течению - 1

За дверью раздались шаги. Магда перестала раскачиваться, прислушалась. Опять показалось? Кто-то вставил в скважину ключ, провернул. Быстро, уверенно. Она торопливо поднялась, наступила на подол собственного платья, тихо треснули рвущиеся нитки, но Магда не обратила на такую мелочь внимания. Дверь открылась, и в комнату ворвался Яков. От горящего в руке факела лицо его казалось красным, взгляд блуждающий, растерянный.

— Начинается? Идём? — неуверенно спросила Магда, видя: что-то здесь не так.

— Что начинается? — спросил он.

— Казнь.

— А... Идём, нужна твоя помощь.

Магда отступила:

— Моя помощь?!

Он подошёл, схватил её за руку, выволок в коридор, громко шепча на ходу:

— Некогда рассусоливать. Может быть поздно.

— Так казнь была или нет? — спросила Магда, безуспешно пытаясь идти с ним в ногу.

— Была, конечно. Что они же до завтра ждать будут?

Она остановилась, но Яков дёрнул за руку, так что Магда едва не упала. Пришлось идти дальше.

— Но ты обещал, что отведёшь меня посмотреть! — воскликнула она.

— Не получилось. Хранители весь двор оцепили, куда ещё тебя тащить? Я, Машуня, жить хочу, а не гореть вместе с этими у столбов.

Они прошли весь коридор, стали подниматься по высокой узкой лестнице. Магда не понимала: если всё закончилось, куда страж её ведёт?

— Кому нужна моя помощь? — спросила она, задыхаясь от быстрого шага. Дни голода не прошли даром.

Яков посмотрел на неё через плечо и торопливо заговорил:

— На казни анекдот случился. Только мокрозяв вывели, к столбам привязали, и вдруг во двор с Площади залетела белая птица.

Сегодя же День Благодарения, на площади тоже казнь была. Но птица там никого не выбрала, чтобы помиловать. Прямиком к нам, во двор Башни прилетела и села на плечо к главарю бунтовщиков.

Магда споткнулась.

— Не падай, Машка. Слухай дальше: неразбериха началась полная. С одной стороны, нужно чтить выбор Праматери, с другой, мокрозявы не считаются азарцами! А значит, как его помиловать? Все, естессно, растерялись, стоят, как балбесы, не знают, что с мокрозявом делать.

Великий Хранитель как раз руку поднял, чтобы дать палачу отмашку поджигать хворост. Да так с поднятой рукой и замер, — Яков визгливо рассмеялся. — А птичка сидит себе спокойно на плече у мокрозява и чистит перья.

— А мокрозяв что?

— Ничего. Его уже из Башни вытащили волоком полуживого. Он даже в себя не пришёл.

— Так его сожгли или нет? — спросила Магда срывающимся голосом. Сердце подсказывало, что речь идёт о том самом мокрозяве.