Вниз по течению - 1

От браги Магда отказалась — он остался доволен, и сам всю выпил — а вот сено оказалось весьма кстати. Спать на нём гораздо лучше, чем на голом полу.

— Машка, проси меня, о чём хочешь, — сказал страж, глядя на неё пьяно блестящим глазами (между делом выяснилось, что его зовут Яков). — Что могу, всё сделаю.

Она отряхнула с подола колючие травинки, прислушалась к звукам за стеной. Сделает, что может. А что он может?

— Я хочу посмотреть на казнь, — глухо сказала она.

Страж хмыкнул, посмотрел на неё с любопытством:

— Зачем тебе-то?

— Так, интересно.

Ни разу не видела, как мокрозявов казнят.

По глубокой морщине, прорезавшей лоб Якова, Магда поняла, что причина ему не понравилась.

— Помираем мы также, как вы, — мрачно заметил он. — Ну, если не считать воду.

Вспомнились слова из книги, что мокрозявы не чувствительны к боли, но Магда решила не говорить об этом, и негромко спросила:

— Так ты покажешь мне казнь?

Он поморщился.

— Сам сказал, я могу просить, о чём захочу, — напомнила она.

— Ну, я думал, ты что-нибудь из тряпок попросишь.

Или поганое ведро другое.

Магда хотела возразить, но Яков примирительно хлопнул её по ягодице и сказал:

— Ладно, ладно. Пообещал, сделаю.

Она подавила торжествующую улыбку.

Затем он ушёл, оставив лампу и, заверив, что придёт за Магдой перед началом казни. Она осталась ждать. Сама толком не знала, зачем хочет туда пойти. Никогда прежде её не интересовали подобные зрелища. Но сейчас Магде было необходимо ещё раз увидеть того мокрозява. Просто увидеть и.

.. если удастся, подать ему знак. Ведь это наверняка очень страшно идти на казнь. Может, если он будет знать, что кто-то в толпе думает о нём... каждый день думает, и по ночам, и когда с другим... Может, ему станет от этого легче?

Шло время, в лампе почти догорел фитиль; умирая, пламя дрожало и корчилось в агонии. Магде казалось, что сверху доносятся голоса, хоть она и понимала, что даже если там шумно, ей под землёй не может быть этого слышно. Особенно же её беспокоило отсутствие Якова.

Где он? Неужели забыл?! Она поднималась, взволнованно ходила по камере, вновь садилась. Несколько раз ей казалось, будто за дверью раздаются его шаги, и Магда вскидывалась, но то оказывался слуховой обман...

Лампа давно погасла, камера погрузилась во мрак. Обхватив себя за плечи, Магда сидела на примятом пучке соломы и, раскачиваясь из стороны в сторону, повторяла:

— Обманул-обманул-обманул.

В груди жгло от ярости и невыплаканных слёз.

— Обманул-обманул-обманул...