Виашерон 1. Падение Дома Теккен'ар

Репутация с Совереттом повышена на 50 (Дружелюбие).

— Похоже, твой отец был весьма умным эльфом, — неожиданно проявил эмпатию мой собеседник. — Погоди, ты два раза сказал «человек», Гвинден, ты — полуэльф? — Соверетт ничем не выдал своих эмоций.

— Нет, просто оговорился, слишком много всего на меня свалилось в последнее время. — Пойдём и покажем Дому Теккен’ар, что они сильно ошиблись, когда решили с нами связаться.

***

Коридор, открывшийся нам за дверью тюрьмы, оказался максимально утилитарным, прямой отрезок, прорубленный в камне, никаких украшений или мебели.

Чадящий тусклый факел едва освещал его. Соверетт шёл, опираясь на меня и тяжело дышал. Долгое отсутствие движения и любых физических нагрузок негативно сказалось на его теле. Мышцы почти полностью атрофировались, и мне приходилось едва ли не волоком тащить его на себе.

Десяток шагов и коридор уткнулся в винтовую лестницу. За два метра до неё справа находилось небольшое помещение, где стражники отдыхали и принимали пищу.

Перевернув его верх дном, я разжился едой: вяленым мясом, хлебом и сыром, а также неизвестной густой баландой и трубкой, через которую Соверетта кормили все эти годы. Мне пришлось ему помогать, но подкрепившись этой гадостью, дроу немного окреп и смог чуть быстрее переставлять свои ноги.

Также я нашёл мех с водой и ещё один с разбавленным вином. Водой я, как смог, смыл с наших доспехов следы крови и вытер их одеялом, которое лежало на одной из коек.

— Первая часть плана выполнена, ты смотришь в будущее с оптимизмом? — поддел я своего напарника.

— Ещё бы, дальше нас ждут только прекрасные наложницы и невообразимые богатства. Успех будет сопутствовать нам на каждом шагу, — его голос сочился сарказмом.

Мне пришлось накинуть капюшон его плаща Соверетту на голову, чтобы хоть издали скрыть характерный металлический блеск его маски, но помогло это слабо. Будем надеяться, что невнимательный взгляд примет её за шлем.

Подъем по винтовой лестнице отнял много сил у Соверетта, но ещё больше — у меня, поскольку тащить его приходилось на себе. Наверху обстановка оказалась уже более презентабельна. Пол устилал изящный чёрный ковёр с узором из серебряной паутины, на стенах висели гобелены, изображающие сцены из истории Дома. Почему-то все как один они включали в себя Матриарха Ши’нил, которая держала ногу на горле у какого-нибудь поверженного врага.