Чума теней. Книга вторая.

— О, узнаю эту манеру провинциальных сыщиков скрывать собственные провалы! А чего ж течением? Чего ж злой некромант не украл из-под самого носа? А я вам скажу вот что, этот ваш Блич, скорее всего, и есть Безжалостный!

— Господин Шибер... вы или полный подонок, или ведёте какую-то тёмную игру... или просто сумасшедший. Определённо, сумасшедший. Я вам как врач говорю.

— Так вы были раньше врачом? О, узнаю эту неподражаемую манеру провинциальных сыщиков тащить кого угодно под своё знамя. А мы ещё удивляемся дилетантству ваших расследований.

Кому завтра выдадут форму в Блейроне и поручат работу сыщика? Бродягам с помойки или девочкам из трактира?

— Нет, вы точно идиот! Вы сами же мне в самом начале помянули, мол, приживальщики клянутся, что Блич фактически был пленником дочки Ловило. У него алиби из двадцати трёх свидетелей, если со слугами, то ещё больше.

— Думаете, для того, кто знает колдовство, проблема заворожить глаза и скрыть своё отсутствие? И кто из нас идиот?

Это было как состязаться со змеёй в гибкости или с гиеной в глубине укуса.

Шибер Шул имел не просто опыт, а огромный опыт по части передёргивать, перевирать, переворачивать и использовать в свою пользу. Что бы ни сказал профессор, всё в итоге оборачивалось против него.

Как много бы отдал Найрус за союзника в этой войне. Знающего повадки подобных тварей. Был бы рядом старина Гулле, уж задали бы Шулу вдвоём жару. Жаль, что не успел подружиться с кем-то ещё из расследователей.

И словно откликаясь на молитвы Найруса, появился очень крепкий старик в одежде, под которой чувствовалась кольчуга.

На мужчине не было ливреи стражника, но форменные ножны поясного меча, ясно говорили, что, по крайней мере в прошлом, этот человек имел непосредственное отношение к войне с ночной армией. Дополняла вооружение острая дага, заткнутая прямо за пояс без ножен.

Почтенный возраст вошедшего Найрус определил только по состоянию кожи и глубоким морщинам. В короткой стрижке блестело совсем немного седых волос, а пышные усы на широком лице иней старости не тронул совсем.

— Найрус, это вы же? Меня зовут Невилл Гласс, я ветеран столичной стражи. Уволен на пансион в прошлом году по старости. Мой друг, Воин Чести, в самом начале вашей службы попросил прийти к вам на помощь, как только в этом будет нужда. И сегодня, когда старина Гулле... уверен, именно такой момент.

— Так-так-так, — ядовито прошептал склизкой внешности мужчина в форме Королевского Ока. — Посторонний на месте преступления.