Чума теней. Книга вторая.

Второго поединка не будет. Я пришёл к атаманам, а не к тебе. Так что… ты здесь, а не они всего лишь средство на пути к цели.

  - Ты трус, Гулле!

  В последнюю фразу Олэ вложил слишком много пафоса. Гулле грустно улыбнулся.

  - Мы оба знаем, что это неправда. Олэ, беру назад свои слова про чудовище. Ты не чудовище. Ты просто больной человек. Очень несчастный и очень больной. У тебя там сын от голода умирает, а ты кто из нас сильнее озаботился.

  - Не смей поминать Морэ!

  - Смею. Ты дал ему жизнь, и не смог нести за неё ответственность.

Вот ты настоящий трус, мечник. И мы оба знаем, что это правда.

  Ярость захлестнула тугой волной каждую клеточку в теле Олэ. Он сразу забыл, что намеревался сразить Воина Чести в честном поединке, что иначе не сможет погасить жгучую досаду от первого поражения. Олэ, не обращая внимания, что Гулле совсем без брони, а он в полном белом доспехе, ударил его. 

  Будь на месте Воина Чести любой другой боец, охотник бы снёс ему голову стальным кулаком.

Но Гулле успел уклониться и бросил Меченосца на землю, используя инерцию его собственного удара.

  Бандиты тут же стащили Воина Чести с поверженного латника.

  - Я опять оказался сильнее тебя! Я всегда буду сильнее тебя! – кричал Гулле, не делая попытки вырваться. – И, знаешь, в чём наше отличие? Мне на это плевать! Одолей ты меня в первом поединке, а тебя срази кто угодно, да хоть Найрус, я бы ни капли не расстроился! Ты знаешь мой народ, мы не лжём. Даю слово, мне очень приятно побеждать, но я не воспринимаю так болезненно поражения.

Я спокойно принимаю факт, что всегда будет кто-то сильнее меня! Смирись с этим, и ты и станешь хоть немного счастливее.

* * * 

  Никто бы не подумал, что Гулле пленник. Да, рядом постоянно находились восемь гвардейцев при всей амуниции. Но они выглядели скорее его телохранителями, чем конвоем. 

  Богатый яствами стол и роскошная постель, певец с гитерном, услаждавший слух, нашлись даже какие-то книги, но Гулле не обольщался.

Он знал, что изысканность обращения в первые дни плена – это такой психологический приём, тем страшнее покажутся пытки в последующие. А что пытки будут, он перестал сомневаться, когда пришёл проведать здоровье (а на самом деле убедиться насколько он крепок, какие испытания выдержит) доктор Шанкр – штатный палач нерождённых в одном борделе, которого Гулле пытался посадить, да влиятельные покровители наняли опытного защитника.