Чума теней. Книга вторая.

И что-то было во взгляде Невилла, когда он пообещал напомнить атаманам, что и враг врагу рознь, и какого-то было неплохо и ценить, что больше Найрус не сомневался, в чём именно не нашли согласия два офицера.

Ну, что ж, всё правильно. Когда не ценишь милосердия Воина Чести, по законам справедливости к тебе приходит не знающая пощады Тяжёлая Рука.

— Невилл... я не из личной мести. Олэ единственный в ночной армии разбирается в тактике и стратегии.

С этим доводом Невилл согласился.

— Говоришь, он в латах? Прекрасно, прибереги для его стального зада клевец. Это что-то вроде боевого топора, здесь его нет, но можешь купить сам, он недорогой.

— Не стоит беспокоиться, я не бедный человек. И у вас есть банк, где я могу снять деньги.

— Не суть. Удары клевцом проще, чем эстоком, и я научу, как носить его, чтобы он не мешался ни кинжалу, ни основному клинку, а в качестве основного клинка я рекомендую.

— А нельзя ли... подобрать... всё-таки другое оружие... просто... я знаю, что фальчион очень популярен у ночной армии.

Невилл пытался это скрыть, но всё равно по тону чувствовалось, что начальник начал его раздражать.

— И что? Ты знаешь, у ночной армии популярно есть мясо; мне, как, питаться капустой и морковкой, чтоб нас не путали?

— И всё же... Я ничего не понимаю в оружии, но слышал, что у вас, людей войны и людей боя, популярно поверье, будто меч выбирает хозяина, а не хозяин меч. Ну, вот, считай, что меня этот фальчион выбрать не хочет. Противны мы друг другу

Невилл выпустил воздух из лёгких и скрестил руки на груди.

— Хорошо. Тогда найди себе меч по душе сам. Но только не эсток.

Найрус прошёлся по конфискованным клинкам, пробуя каждый на вес, и, наконец, остался доволен одним экземпляром.

— Вот клинок по мне. Достаточно лёгкий. Очень удобный. Я беру его.

— А знаешь, почему он такой лёгкий? — опять остался недоволен ветеран.