Земли Меча и Магии - 2

По сути, дубляжи уже давно и успешно используемой Каменной Кожи, только Стальная — мощнее, а Защита — эффективна как против материального оружия, так и против магических атак прямого действия, вроде пламени дракона или заклинания Стерла Мага. Когда-нибудь я надеялся при помощи расщепления разобрать это всё на составляющие и слепить универсальное защитное заклинание, но даже и в грядущем бою это тоже могло пригодиться — вдруг в арсенале противника найдётся что-то, против чего обычная Каменная Кожа окажется бессильной?.

.

Аукционом магические приготовления не исчерпывались. Крылатые разведчики улетели уже далеко и жрали непотребно много маны, так что её еле получалось накопить на что-то полезное. Тем не менее, я наконец выгреб со Склада весь оставшийся от предыдущих сражений металлолом, и с помощью заклинаний Восстановления Оружия и Восстановления Доспехов вернул ему товарный вид, а время от времени накладывая Густую Растительность на ближайшие окрестности, окончательно превратил подступы к долине в труднопроходимые дебри из колючих кустарников.

Против чешуи демонов, может, это и не так эффективно, но гремлины-сапёры вовсю работали над добавлением к живым изгородям сюрпризов, в виде замаскированных мин и растяжек с самопальными гранатами.

Пару раз со стороны, где они работали, раздавались раскатистые «бабахи», заставляя всех вокруг вздрагивать — примитивные взрывные устройства домашнего изготовления были очень ненадёжными.

Но, вопреки поговорке о сапёрах, которые ошибаются только раз в жизни, мои зеленокожие подчинённые как-то умудрились легко отделаться — самое страшное, что произошло, это одному из них оторвало пальцы.

Остальной народ в основном толпился на стрельбище. Опытные воины шлифовали своё мастерство, а остальные — простые мужики из мирного населения, дети, женщины, люди, кентавры, сатиры, даже гномы — старались научиться хотя бы стрелять в нужную сторону.

Тренировками заправлял старый рейнджер-ветеран по имени Алекс. Воин пришёл селиться в долину с неделю назад, как раз в спокойный период. По его словам, устал от бурной жизни наёмника и решил, наконец, осесть где-нибудь, где не будут трогать, тратя накопленные за долгие годы службы средства.