Земли Меча и Магии - 2

Сатир-ученик попробовал было бегать туда-сюда, примеряя на дракона — но сил его было слишком мало, и несколько человек из замковой стражи подключились, помогая поднимать тяжёлые члены бесчувственного Птицы.

Вскоре к нам выстроилась очередь. Люди, сатиры, гремлины, кентавры — все молча подходили и отдавали лучшие и самые дорогие из своих артефактов. Все они пришли сами и помогали не из-за того, что им кто-то приказал — я пару раз заметил блестящие слёзы на глазах подходящих людей и нелюдей. Все переживали за нашего спасителя не меньше моего.

Пока мы занимались артефактами, несколько женщин принесли какие-то тряпки, травы, и начали хлопотать вокруг дракона, старались остановить кровотечение. Замковый повар, который никогда раньше не соглашался готовить для кого-то, кроме меня и тех, кого считал гостями, устроился прямо на улице варить в огромном котле питательный бульон из убитой демонами лошади.

И мы всё же вытянули Птицу!

Уж не знаю, что конкретно сыграло решающую роль, но спустя какое-то время полоска жизни перестала колебаться туда-сюда и пусть медленно, но поползла всё же вверх.

Дракон даже с трудом приоткрыл один глаз.

«Спасибо, Хозяин...»

Спасение Лунной Птицы отняло сил едва ли не больше, чем сам бой до этого. Я чувствовал себя настолько измученным, физически и эмоционально, что хотелось только одного — упасть, прямо где стоял, и отрубиться. Ещё, правда, было желание влить в себя чего-нибудь с хорошим процентным содержанием этилового спирта...

И в этом желании я был не одинок.

Оставшиеся в живых жители долины, не дожидаясь моего распоряжения, выкатывали из погребов бочки с вином и прямо на земле, между трупов поверженных врагов, постелили скатерти, раскладывая на них всевозможные яства. Я даже не стал ругаться на это самоуправство. Праздник и отдых, хотя бы небольшой, нужен был всем — и мне самому в первую очередь...

Я хотел по-быстрому, на трезвую ещё голову, завершить дела, но взгляд сам собой упал на Всеслава. Внук Путяты пристроился в сторонке от остальных, игнорируя всеобщее веселье, и обрабатывал раны своим волкам.

Звери сражались наравне с остальными, хотя были ещё очень молоды и слабы. Из подобранных семерых щенков в бойни уцелело четверо, и некоторые были тоже сильно подраны. Мне стало стыдно, что занимаясь Птицей, я забыл про остальных, кто тоже пострадал ради общего дела...

Быстро наложив Регенерацию на того из волков, который выглядел хуже всех, я, махнув рукой, подошёл к Всеславу.