Истребитель магов

- Бей чужаков!

- Стойте! - крикнул Харальд, пытаясь остановить назревавшую драку, но крик его пропал втуне.

            Пришлось уворачиваться от кулака, затем от второго.

            Что-то мазнуло Харальда по уху, чуть позже хлестнула боль. Юноша понял, что если будет просто уклоняться, то его рано или поздно завалят и сомнут. И он начал бить в ответ.

            Со всех сторон лезли потные красные хари, с самых разных направлений вылетали тяжелые кулаки, стремясь переломать противнику ребра или расквасить нос.

Харальд довольно легко уходил от атак, благо нападавшие были пьяны и больше мешали друг другу.

            Ответные удары юноши оказывались куда эффективнее.

            Один из врагов, ревевший раненым вепрем, получил тычок в горло и, забулькав, исчез из вида. Второму, высокому и плечистому, досталось в лицо. Харальд ощутил под кулаком хруст, и без всякого сожаления подумал о том, что выбил здоровяку несколько зубов.

            Где-то сбоку, судя по приглушенным вскрикам, сражался Гуннар.

            Харальд свалил еще одного, и тут кто-то вцепился ему в ногу. Короткого удара по затылку упорного противника, что пытался сражаться лежа, тому хватило, но на несколько мгновений, на которые юноша потерял подвижность, он стал хорошей мишенью.

            На висок обрушился удар такой мощи, что череп загудел.

В глазах потемнело. Харальд с изумлением ощутил, что опора под ногами куда-то исчезла. Нечто твердое ткнулось в лицо, и поднявшийся из глубин головы шум заглушил сознание... 

- А здорово он держался, молодец. Не растерялся, - донесся откуда-то слегка приглушенный голос. Харальд был уверен, что где-то он его уже слышал, но где и когда - вспомнить не мог.

            Собственно, где он находится, и как тут оказался, юноша тоже не мог вспомнить.

Спиной ощущалось нечто твердое и ровное, затылком - мягкое, болела голова, а больше ничего понять было нельзя.

- Да, - подтвердил второй, еще более знакомый голос. "Гуннар" - всплыло в сознании имя. - Я учил его, да и в племени, как ты знаешь, есть не дураки подраться. А от природы он быстр и ловок, словно рысь.

            С неимоверным трудом Харальд поднял веки. Перед глазами все расплылось.