Ключ Гиброима

— Аср! — бросив повод, Кубар склонился, прижимая растопыренные пальцы к груди. — Мы на верном пути!

Аср поднял голову. Природа подшутила над ним, наградив такими мягкими, тонкими и привлекательными чертами, что его часто принимали за девушку. Не добавлял мужественности и пушок над верхней губой. Его можно было принять за одного из тех женственных юношей, которых содержали в гаремах богатые торговцы и старые развращённые мирзы. Но Кубар был уверен, что любой, сделавший подобное предложение, умрёт прежде, чем вымолвит имя Всевышнего, ведь Аср был одним из убийц аламунского братства.

Говорили, на него указал Старцу сам Алуит!

— Я говорил с привратником, и он вспомнил его,— заговорил Кубар, по молчаливому приглашению.— Алялат был здесь три дня назад. Приезжал в компании какого-то северянина и искал купцов, идущих в Шагристан.

— Шагристан? Он изменил направление?

— Нет, ака. Он лишь хотел передать с ними письмо.

— Он был один?

— Нет. С ним был спутник, по говору — северянин, но прятал лицо как пустынник.

Привратник рассказал, что он очень хотел попасть в Альмадин, но прослышал о набеге и побоялся столкнуться с неверными.

Аср положил руки на колени и сощурился, пристально глядя куда-то сквозь Кубара. Братья не любили старшего за этот взгляд. Как будто заглядываешь в бездонную яму.

— Значит, он по-прежнему идёт в Альмадин.— Лицо убийцы слегка просветлело.— Я доволен. Возблагодари Алуита и отдыхай, пока не вернутся остальные.

Кубар ещё раз поклонился и попятился прочь.

***

Наказав своим людям не тревожить его, Аср направился в глубь древней крепости.

Наверняка все решили, что он хочет помолиться Всевышнему в тишине и испросить его указать верный путь. Так и было отчасти, только спрашивать Аср собирался не Алуита.

Ровно два месяца назад Алуит послал откровение святейшему Старцу Горы, которым тот поделился с младшими братьями.

— О те, кто уверовал! — голос святого разносился над площадью.— Нам дарована очередная возможность доказать свою преданность и любовь к Алуиту!

Посвящённые отвлекались от тренировок, неофиты бросали работу.

Все вместе спешили к бетелю в центре крепости, толпились под его средним балконом, откуда обращался к ним святейший улле Аяз ас’Талип. Одетый исключительно в белое, он сиял словно брильянт, соперничая с висящим над шпилями солнцем. Воздев руки, он стоял и ждал, пока внизу не установилась мёртвая тишина. Стих даже ветер, словно проникся важностью момента.

— Алал замыслил новое Зло, — возвестил он, не опуская рук.