Ключ Гиброима

— Но мы, истинно верящие, с помощью Всевышнего и с благословения его, расстроим планы Алала, да пребывать ему в Бездне до окончанья веков! Готовы ли вы стать воинами Алуита в борьбе с его извечным врагом?

Люди взревели все в один голос, послышалось воинственное «алулла». Проповедник взмахнул широкими рукавами, успокаивая толпу.

— Блаженны те, кто падут в битве с Злом! Они вкусят удовольствие в Садах Вечности. Благословенны те, кто вернутся с победой! Будут они желанными гостями и сядут на праздновании по правую руку от Алуита.

Верующие рухнули на колени. Люди выкрикивали клятвы и призывали Алуита в свидетели. Каждый испрашивал Старца выбрать воином именно его. Прошло долгое время, прежде чем толпа вновь успокоилась и услышала, что на воинов укажет сам Алуит с помощью жребия. Участвовать дозволялось лишь братьям прошедшим полное посвящение в фидаины.

Избранных было двое: Аср и ещё один брат чьего имени он не знал. Им дозволили войти в главный храм Аламуна, провели во внутренне покои, поставили перед массивными дверями и велели ждать.

В лишённых окон помещениях храма терялся счёт времени. Аср только отметил, что свечи, горевшие в канделябрах, были десять пальцев длинной, а когда Старец призвал незнакомого брата — всего два.

Наконец двери открылись и перед Асром. Он вошёл в тёмный зал, затянутый дымом курильниц. От входа по обеим сторонам зала в его глубину тянулось по шест гранитных колонн, посвящённых одному из двенадцати пророков Алуита. Их имена были высечены на граните.

Под именами, на тростниковых циновках сидели старейшины. Они провожали Асра холодными отрешёнными взглядами. Бледность их лиц подчёркивалась чернотой одежд. Широкие пояса щетинились рукоятями ножей и кинжалов.

В глубине зала, напротив входа, возвышалась тринадцатая колонна, выполненная из белого мрамора, покрытая высеченными цитатами из Хтабанса. Старец Аяз находился под ней, едва различимый в своей белой одежде на фоне колонны. Так близко Аср видел святого впервые, но другие братья истово уверяли, что внешность Аяза не меняется уже многие годы.

Старец Горы не был высок, был сутул. На вид ему было едва за сорок. Он носил длинную чёрную бороду, но в ней змеями вилась серебряная седина.

Дойдя до края ковра, на котором сидел старец, Аср опустился перед ним на колени, в знак величайшего почтения, касаясь лбом холодного пола.

— Встань, Аср!

Он поднялся и замер, скрестив на груди руки и не поднимая глаз.