За несколько дней до конца света...

- А по какому? 

- По государственному. – сказал я, надеясь, что она отвяжется. Но печка не отвязалась

- А по какому? – облачко дыма приняло форму вопросительного знака.

- По важному…

- Раз по важному, значит – к князю. – вынесла вердикт любопытная печка. Но на этом не остановилась. – Князь у нас хороший. Отличный князь. Мы за ним как за каменной стеной.

- Значит кремль у вас каменный? – спросил я. И зачем я это сделал?

- Нет, - сказала печка, - деревянный. Но нам каменный и не нужен, с таким то князем…

 После этого она выдала мне полную характеристику на князя Кузьму БТ-Пятого, его жену – княгиню Прелюбомудру Пухлогубую, близких и дальних родственников, рассказала родословную, перечислила все побочные ветви, включая незаконнорожденных детей, намекнула на сложные взаимоотношения Прелюбомудры с главным царским колдуном Парамоном Гнидо, поведала основные фамильные предания и перешла к сказкам, былинам и частушкам…

Вас наверно удивляет такое странное имя – Кузьма БТ-5? Ничего в нем странного нет.

Это побочный эффект здешней танкомании. Допустим, прикупил себе местный князь несколько танков и стал считать себя невероятно крутым. Гордиться страшно. Но радость неполная, если соседи не в курсе. Или в курсе, но не помнят об этом постоянно. Вот тогда князь, барон, или еще какой феодал берет и добавляет к своему имени название любимого танка. Так и появились барон Рудольф фон Шерман, герцог Клаус Гочкис, князья Всеволод Т-34 и Здравосмысл КВ-2. Всех не перечисляю, места и времени не хватит. Кузьма БТ-Пятый тоже из этой компании. Некоторые недоброжелатели смеются, а мне даже нравится. «Всеволод Т-34» – очень внушительно звучит.

- А что это спутница твоя молчит? – напомнила о себе печка.Она тебе кто? Жена, невеста, а ли как?

- Невеста. – сразу внес ясность я.

- Невеста - это хорошо. Симпатичная. – одобрила печка. – Я, за здоровые отношения. Семья – основа государства. Не как в какой-нибудь Голландии, или Швеции... Распутство одно. Я как думаю, любишь – женись! А не женишься, значит, не любишь! Да в этой самой  Голландии какие печки? Видимость одна.

Одно слово – баловство. Ни щи сварганить, ни пироги испечь, а как на ней лежать? Да ни как! Невозможно на ней лежать! То ли дело у нас на Родине…

У печки, видимо, был свой, как и у многих в этом мире, взгляд на проблемы семьи и брака, поэтому я спорить с ней не стал. А вот при слове «пироги» и «щи», в желудке начались голодные спазмы. Организм настойчиво требовал жрать.