За несколько дней до конца света...

Участвовать в деревенских гонках мне совсем не улыбалось, но с другой стороны, Тамару было жалко… Кейси строила мне страшные глаза и исподтишка грозила кулаком.

- Ладно, - сказал я, - смотаемся, но ненадолго. И Кейси с собой возьмем.

- Слово даешь? – не поверила своему счастью Тамара.

- Слово рыцаря! – заверил я.

- Рыцаря? 

- Рыцаря, рыцаря… - я усиленно закивал головой.

Зря я это сказал, зря. Обрадованная Тамара рванула вперед со скоростью болида «Формулы – 1», заставив меня пожалеть о легкомысленном согласии, стать пилотом такой сумасшедшей печки.

Лес становился все гуще и дремучей. Покрытые мхами и лишайниками толстенные стволы и корявые ветки почти не пропускали свет садящегося вечернего солнца и так сплелись между собой, что непонятно, как здесь не то что ездят, а просто ходят. Но Тамара пробиралась, причем, не снижая скорости! Деревья перед ней расступались, образуя не коридор – туннель и тут же, с треском смыкались за нашей спиной.

Мы с Кейси просто впечатались в печку и прикрыли головы руками. Не ровен час, какой-нибудь корявый сук не успеет увернуться… А я не хочу быть похожим на Кутузова или адмирала Нельсона. И эта предосторожность была не напрасной. Несколько веток обломались о трубу, а одно замешкавшееся корявое дерево Тамара сшибла своими золотыми рогами.

Глава 6 О памятнике древнерусского зодчества, трактире Солнце и сало и любви Тамары к большим воротам.

Вот скажите, как, по вашему мнению, должен выглядеть западный форпост русского царства-государства? Пусть слегка феодально-раздробленного, но большого и достаточно богатого, на которое имеют далеко идущие виды многочисленные враги и тайные недоброжелатели, вокруг внешней политики, которого плетутся такие хитроумные интриги, что у многочисленных летописцев дух захватывает и развивается хроническая мания преследования и неизлечимая боязнь темноты.