Проклятие и искупление. Том 3. Единство

 

Убедившись, что тот не лжет, Дэрк оставил сад и все еще сидящего на берегу пруда лучника, не став копаться в причинах его решения и сопутствующих тому размышлениях. Того, что ментальный маг увидел в сознании Люфира, было достаточно, чтобы доверить ему свои тайны без риска быть выданным Сапфировой Маске.      

* * *

За поздним отходом ко сну следовал ранний подъем. Фьорду пришлось не только развлекать Дэрка, пока тот дожидался возвращения лучника, но и проводить того засветло. Сон исчез, и огненному магу ничего не оставалось, как шататься по кухне в поисках остатков съестного.

За последние дни его отряд уже несколько раз натыкался на чудищ и притаскивал их туши к Убежищу, но исследователи все так же молчали.

– Где Крайснер? – Люфир стоял на пороге кухни и подкатывал рукава рубахи.

– Ушел чуть больше часа назад. Наверху полно своих проблем. Я предлагал ему попрощаться, но он не захотел тебя беспокоить. Похоже, этот мир катится в пропасть, и все мы постепенно сходим с ума.

– Проблемы наверху?   

– Те же твари, что и у нас, лезут изо всех щелей. Только в большем количестве и размерах. Да ты и сам все знаешь.

– Крайснер ничего не говорил.

– Шутишь что ли? О чем тогда можно было столько трепаться? – Фьорд развел руками в недоумении. – Знаю-знаю, ты ничего не скажешь, не напрягайся. В любом случае, мне пора: командир просил выбраться пораньше сегодня. Нужно проверить дальние пещеры.

– Погоди, Фьорд, что там о нападениях на поверхности?

– Твари появляются по всему Огнедолу.

Неизвестно откуда и почему, нападают на караваны и деревни. Уже несколько раз испытали стены Этварка на прочность и даже смогли устроить погром во дворце, – Фьорд задержался у входной двери, не сумев оставить вопрос Люфира без ответа. – Пока набеги удается сдерживать, но тварей становится все больше. Так же, как и вокруг Убежища. Это все, что ты хотел узнать?

Люфир кивнул и остался в коридоре один. Непривычная тишина повисла в доме, не потревоженная даже мерным дыханием Мелиссы, погруженной в сладостные девичьи сны в своей комнате.

Лоза плюща растопыренными листьями щекотала окна, роняла на подоконники холодные капли. 

Лучник брел по улицам Безвременья, сверял дома с набросанной на развороте дневника картой и записями, старался отыскать уголки, где от него еще могли укрыться письмена Моря Теней. Все изречения, что он встречал до этого, были неоднозначны, словно древняя молитва-заклинание, оплетающая весь город.