Проклятие и искупление. Том 3. Единство

Покои человека, об удобстве которого Онике теперь необходимо было беспокоиться, находились в противоположном от комнат господина Шарафа крыле. За весь путь наверх ей так и не удалось выведать у Алестии, кому принадлежат покои, но нахмуренное лицо и нервная суета горничной не предвещали ничего доброго.

– Почему я должна начинать сейчас, а не с нового дня? А что случилось с прежней горничной? Она теперь будет следить за комнатами господина Шарафа?

– Мне откуда знать? Если ты никак не можешь унять свое любопытство, спросишь все у Дораны, – Алестия остановилась перед дверью, у которой на страже стояло два церковника.

Алестия подмигнула растерянной девушке и, получив одобрение стражи, толкнула дверь.

– Удачи, – Алестия спрятала в ладонь смешок и поспешила вернуться к своим обязанностям.

Чувствуя на себе испепеляющие взгляды церковников, Оника проскользнула в начавший уменьшаться просвет, больно задев створку плечом.

Внутри было светло и просторно. Вместо книжных шкафов в комнате стоял один секретер с беспорядочно разложенными принадлежностями для письма и тройкой книг, круглый стол для трапез в окружении глубоких кресел и высокая кровать с тяжелым бордовым пологом.

Кристар стоял у канделябра с пятью свечами и возился с бинтами на правом плече.

– Рони, – он улыбнулся, – ты не могла бы помочь?

Поборов секундное онемение, Оника оставила ужин на столе и подошла к брату, совершенно запутавшемуся в полосках ткани.

– Господин Кристар, что произошло? – под повязкой кровоточил неглубокий, но длинный порез, а возле локтя проявлялся кровоподтек. 

– Ничего страшного, – Кристар натянуто рассмеялся, пока Оника заново накладывала бинты. – Раз из меня не выйдет мага, Зоревар обучает меня разным видам боя. Сегодня был день тренировки на мечах. 

– Вы должны быть осторожнее, господин Кристар.

– Я всегда осторожен, но простому человеку в жизни не остановить церковника с его силой и скоростью.

– Господин Зоревар ранил вас намеренно? – Оника туго затянула бинты.

– Он был расстроен. Спасибо, Рони.

Кивнув, она вернулась к сервировке стола.

– Мы разошлись во мнениях, и, похоже, Зоревар решил, что таким образом он сможет переубедить меня. Будто бы ему не лучше всех известно мое упрямство. 

Раскладывая столовые приборы, Оника размышляла о страже, оставшейся у дверей.