Кровь с молоком или неоплаченный долг

 

-Ты никогда об этом не рассказывал!Как же вам удалось спастись?-Рюдигер на мгновение ощутил себя в далеком детстве,  слушая очередную историю крестного.

 -Ну когда я понял, что мы с другом входим в меню праздничного ужина, то сразу вспомнил о ноже, спрятанном в сапоге. К тому же рот они завязать мне не догадались, а зубы у вампиров, сам знаешь, острые, сыромятный ремень перегрызть не сложно. Надо было быстро уходить, но я все же решил проучить этих недотеп, которые хотели приготовить из Иоганна Кранца жаркое.

Мы зажгли их деревню с двух сторон. Соломенные крыши горели хорошо, как рождественские елки!

-И вечно ты хвастаешься!-Крина с грохотом опустила половник в кастрюлю. 

-Это все чистая правда, женщина!Вслед нам летели точно такие же стрелы, одна попала мне в плечо, но погони не было, видимо пожар отвлек их. 

Рюдигер некоторое время приходил в себя после услышанного. В отличие от тетушки Крины он ничуть не сомневался в правдивости слов старого солдата. 

-Получается, что совсем рядом с нами, в нашем лесу…Но надо же что-то с этим делать, в лес постоянно ходят и старые, и малые!

  Наконец решили собрать людей и прочесать весь  лес вокруг деревни, отправить гонца к Лотару.

Пусть приведет своих людей, полсотни хорошо обученных воинов никогда не помешают. На мосту Рюдигер наткнулся на растрепанную испуганную Любаву. Она явно направлялась в замок. Увидев Рюга, она безо всяких церемоний схватила его за рукав и развернула в сторону леса. Из ее сбивчивого пополам с  рыданиями рассказа он уловил главное - Лиза пропала!

-Да зачем вас туда понесло, я же говорил ей вчера!Скажи мужу, чтобы бежал к Иоганну, да предупреди всех, кого сможешь, чтобы к лесу близко не подходили!

Удивленная Любава смотрела, как барон фон Шлотерштайн бегом несется к лесу. 

-А ты куда, да еще один?

Но он даже не обернулся.

    Влетев в кусты малины, Рюдигер резко сбавил скорость. Теперь надо быть до предела внимательным и осторожным.

Вскоре он обнаружил примятую траву и брошенное лукошко, рассыпанные крупные ягоды. На ветке белел лоскуток от льняной рубашки. 

 До боли в глазах осматривая кусты и деревья в поисках хоть каких нибудь следов, он не заметил, как на правой ноге затянулсь петля ловушки, и взлетел над поляной. Расскачиваясь вниз головой, Рюг тревожно слушал, как поскрипывает сосновая ветка, к которой был привязан кожаный ремень, стянувший его ногу.