Кровь с молоком или неоплаченный долг

Но вот Рюга атаковали сразу двое, он с улыбкой, вызвавшей нервную дрожь у врагов, принял вызов, успевая отбивать удары справа и слева. Как бы невзначай его фальшион скользнул, по бедру противника, задев артерию, и тот стал медленно падать, истекая кровью. Рюдигер отклонился от направленного на него меча второго воина, и резко выпрямившись, вдруг воткнул левой рукой кинжал в живот готхеймцу, пробив легкую кольчугу. Изо рта вместо последнего крика хлынула почти черная кровь, Рюг выдернул кинжал из уже мертвого противника, и не глядя, как тот падает вниз лицом, уже скрестил клинок с еще одним смельчаком, желающим поиграть со смертью.

Яромир взглянул на потемневшее небо, над полем битвы плыла почти прозрачная женская фигура, вдруг на мгновение она стала более четкой, и он ясно разглядел белое платье, длинные темные волосы и жуткий оскал скелета, в пустых глазницах чернела тьма. В ужасе он опустил глаза вниз. Иоганн, заметив его взгляд, сказал:

-Да уж, порадовали ее сегодня. Но лучше не смотри туда!

Почти не глядя, он метнул нож, и воин, заносивший меч над головой Яра, упал с пробитым сердцем.

Увлеченный боем Рюг не заметил, как вокруг него сомкнулось кольцо врагов. Направив на вампира длинные копья, они держали его на расстоянии, как опасного дикого зверя. Рюдигер скрипнул зубами, в бессильной ярости окинув взглядом окруживших его солдат. Вдруг они расступились, пропуская в круг человека в черной накидке с крестом, надетой поверх кольчуги.

-Господин Мейер, осторожнее, он слишком опасен!

Представитель инквизиции с отвращением смотрел на барона фон Шлотерштайна, который замер , сжимая в правой руке рукоять клинка, но был готов в любой момент нанести смертельный удар любому, кто рискнет подойти ближе.

Его одежда и кольчуга были забрызганы чужой кровью, синие глаза блестели от волнения. Георг Мейер подумал, что запах крови лишает эти жалкие создания последних остатков разума. Он обратился к солдатам, напряженно сжимавшим копья:

-Эти выродки не так уж неуязвимы.

Их вполне можно убивать, перед этим научив смирению!

Краска бросилась Рюгу в лицо. Свирепо раздувая ноздри, он поднял потемневшие синие глаза на инквизитора:

-Так подойди ближе, если так торопишься умереть!

-Мне достаточно и трех шагов, -усмехнулся тот, в руках он держал длинный кнут, наподобие пастушеского, который почти наполовину был из серебрянной проволоки. Заканчивался он острым серебрянным трехгранником.