Попаданец обыкновенный (первые 3 книги)

А то я не знаю, что пришлось бы говорить. Я действительно хотела остаться не только и не столько для того чтобы набраться сил, сколько в надежде вновь отведать его крови… Это… что-то с чем-то!

— Кстати, за что некромант тебя держал в камере? — спросил человек, сам уходя от опасной для меня темы.

— Ни за что.

— Как это?

— Я требовалась ему для экспериментов…

— И что он делал?

— Не знаю. Он просто приходил и, покормив, забирал у меня немного крови. А что он с ней делал, я не представляю.

— Как же он тебя вообще поймал?

— Обманом, конечно, — скрипнула я зубами от ненависти.

— А до этого что, не трогали?! — искренне удивился человек.

— А чего нас трогать? — в свою очередь немало удивилась я.

— Ну как же, вампиры, нападаете на людей, выпиваете досуха…

— Кто тебе сказал такую чушь?! — возмутилась я. — Сколько прошло лет? Какой сейчас год?!

— Семь тысяч двести третий от пришествия Ольера, — ответила орчанка.

— Двадцать шесть лет… — пробормотала я. — Теперь понятно, что люди насочиняли о нас столько всяких небылиц… люди всегда имели очень короткую память.

— А если поподробнее? — попросил Ксиррел.

— Ни на кого мы просто так не нападали… Мы вели вполне обычную законопослушную жизнь. Немного затворниками в своих гнездах — замках, но это понятно: свет нам неприятен, даже высшим, что уж говорить об обращенных, вообще сгорающих на солнце. Да, нам нужна кровь, но мы никогда не охотились на людей как на зайцев… может, в далекие темные времена, еще до пришествия Ольера… может, кто-то из старейших еще помнит те времена.

— А обращенные? — спросил человек с легкоуловимым подтекстом.

— Как правило, преступники, — не стала я отрицать. — Мы выкупали их — и они становились нашими слугами, солдатами.

— Что, совсем не было причин для нелюбви? Быть такого не может…

— Конечно, время от времени случались эксцессы, у всех есть свои преступники, были они и среди нас, еще чаще срывались обращенные, несмотря на все проведенные ритуалы контроля, но мы всегда быстро разбирались с ними…

— Просто вы другие, и ваши даже обычные преступления рассматриваются с большим пристрастием.

— Да. Думаю, причиной последних гонений стало преступление одного обращенного… за ночь он с особой жестокостью убил больше десятка человек. С тех пор началось… Люди разорили десятки наших гнезд, в том числе и мое.