Сказание о Герое

Рука Хис сжалась сильнее.

– Почему ты помогаешь нам? – закричала она, оглядываясь в поисках Кутха. – И почему я помню эти звёзды, хотя ни разу не была во Тьме?

– О, но ведь ты была. Просто вы, Духи мира Второй Луны, называете это место иначе. Возможно, мы с вами ещё встретимся, Гирш и Хискалла, Духи Ручья. А быть может уже встретились. Но пока у вас есть другая работа.

– Подожди, Кутх!..

Туман вокруг медленно рассеялся, и мы с Хис оказались по колено в снегу. Неподалёку виднелась пещера, из неё пробивался подрагивающий свет, словно от костра.

– Вот же вредный!.. – Хискалла выругалась и топнула ногой.

Я рассмеялся, кутаясь свободной рукой. Зима явно набрала силы за то время, что мы провели во Тьме. Главное теперь не опоздать к Ракки.

– Вредный, а всё-таки помог. Ну, идём к нашему Герою.

Она нахмурилась и крепко сжала мою руку.

– Никогда больше тебя не отпущу. Хоть к Ракки, хоть мир спасать. Только вместе, ясно?

Мы шли по сугробам к пещере. Я держал Хис за руку и думал, что теперь уже обратной дороги нет.

Даже всемогущий Ворон признал во мне Духа Ручья. Но меня это почему-то совершенно не тревожило.

Ведь самое главное, что мы вместе с Хискаллой.

Это гораздо важнее всего остального.

Межсезонье. Путь Вайри. Бремя разума

Холодный ветер пробирался под кожу даже через слой шерсти. Снег хлопьями кружился в воздухе, забивая глаза и нос. Я прищурилась, но это не помогло: острые снежинки всё также резали лицо. Ветер крепчал с каждой минутой, а ведь когда я выходила на охоту на небе не было ни единого облачка, только звёзды и рогалик луны… Нужно скорее добраться до дома!

Прижимаясь к земле и уворачиваясь от снежного вихря, я с трудом пробивалась сквозь наметённые за ночь сугробы.

Олень, на которого я охотилась целую ночь, цеплялся рогами за кусты и камни, но бросить его было нельзя. Всё-таки первый полноценный ужин за неделю.

Тусклое солнце едва виднелось через хмурые серые тучи, а ветер страшно завывал вокруг. Мне вдруг показалось, что это конец. Что я не дойду до дома, не донесу еду, и все сильно огорчатся моему исчезновению.

Особенно Ракки, ведь он не хотел, чтобы я охотилась сегодня.

Ракки. Мой Герой.

Я стиснула зубы и упрямо продолжила свой путь сквозь снег. Слева сквозь снег неожиданно проглянула каменная стена, вдоль которой тянулись символы. Три черты, сложенные вместе. Ракки сказал, что это треугольники, когда вырезал их своим мечом. Но мне они больше напоминали буквы, складывающиеся в непонятные слова.