Пламя Огнедола

В электрическом свете рваные раны, продолжающие истекать кровью, выглядели жутко. — Ты держись, ладно? — маг стянул с себя рубашку и зажал рану на груди друга. — Проклятье.

Вернувшись с полными флягами воды, Дара сама взялась промывать раны и первой заметила, как Кирай пошевелил кистью. Подвижность мышц возвращалась вместе с чувствительностью нервов, и церковник начинал морщиться, когда острая боль в груди простреливала до самой спины.

— Заживет, — наконец просипел он и натянуто улыбнулся. — В Соборном проверяли стойкость к ядам, так что бывало и хуже.

— Нужно попасть в госпиталь Приречья, — Дара опустошила последнюю флягу и полезла в сумку за обеззараживающим. — Мы не знаем, что это за твари, и что это за яд. Нужно убедиться, что он не проявит себя со временем. Не двигайся.

Ноющая все сильнее рана на груди вспыхнула огнем, когда в нее попал антисептик. Скрипнув зубами, Кирай прикрыл глаза, и скривился, когда Дара занялась порезом на щеке.

— Перебинтовать, и к утру зарастет, — пробормотал он, надеясь избавиться от раздирающего плоть жара, но Дара прекратила бередить раны, только когда сама сочла нужным.

— Теперь бинты. Сядь.

Раскинув руки в стороны, Кирай стойко терпел, пока Дара делала перевязку, и вымученно улыбался, глядя на бледное лицо державшего фонарик Лимуса.

— Спасибо, Кирай, — когда женщина закончила, Гериал протянул тому прихваченную в «Бочонке» банку пива. — Но ты не должен бросаться сломя голову под удары.

— Вы же взяли меня в группу именно для этого, — сделав пару глотков, Кирай утер губы и расслабленно вздохнул.

— Откуда у тебя такие мысли?

Кирай усмехнулся, глянув на притихшего Лимуса. Ему казалось, что командир, несколько раз побывав в его голове, должен был изучить его вдоль и поперек. Но, похоже, даже вторгнувшись в чужое сознание, Гериал, четко следовал Инструкциям, и не переходил черту.

— Ну ты и кретин, Лимус, — проследив взгляд Кирая, грубо бросила Дара.

Лимус хмуро молчал. Кирай добродушно улыбался. Накал боя остался позади, а с ним и тревожные мысли, терзавшие разум, пока яд испытывал тело на прочность. Он не был уверен, что задень гибрид кого-то другого из группы, им удалось бы выжить — скорее всего яд добрался бы до сердечных мышц и сковал бы и их тоже. Сейчас Кирай вспоминал, что даже его сердце билось будто бы нехотя, через силу качая кровь.