Аспирра: таланты Мудреца

Был там еще мужик, Фер-Саллар…

Фер-Саллар оказался правой рукой управителя — мрачный бородатый старик, не упускавший возможности поглумиться над рабами. Первые пару лет рабства Мар-Леза Фер-Саллар ходил в одиночку по окрестностям замка и внутреннему двору, забивая рабов до полусмерти, но затем у него появился помощник — парень с письменами по всему телу, в таком же рабском ошейнике, как и у прочих. Тот ходил за ним на привязи, словно собачонка, и жестоко наказывал плетью провинившихся по прихоти хозяина.

Говорили, что тот мог извергать из рук пламя, но слухам поверили, лишь когда старик приказал показательно сжечь деревеньку подле Олмагана за неуплату оброка. Со всеми местными жителями, включая семью Мар-Леза.

— Слухи о маге быстро разошлись по Келлесину, — продолжил рассказывать Мар-Лез, покривив узкими губами, будто воспоминания причиняли ему боль. — И вскоре в Олмаган приехал сам ярмон. То есть, по-вашему, император. Посмотрел, на что способен раб старика, и сказал, что ему нужна целая армия таких магов.

Кормарк распахнул синие глаза:

— Это же безумие.

— Благодаря этому «безумию» наш ярмон жаждал расширить владения Старого Келлесина. Но не вышло.

— Ты помешал?

— Отчасти.

Оказалось, гордыня Фер-Саллара была столь велика, что он не захотел дарить ярмону своих пиромантов и сам решил пойти войной на Келлесин. Через пару лет после встречи с правителем почти каждый раб Олмагана был изуродован письменами из книги и одарен силой, включая Мар-Леза, а местный управитель убит.

— Тот мешал старику, — хмыкнул юноша. — Управитель не хотел лишаться рабочей силы и считал, что рабы, научившись обращаться с огнем, могут поднять восстание. Конечно, мы могли. И мы попытались. Однако старик с Красной книгой в руках был сильнее нас всех. Ведь письмена из древних иероглифов на наших телах, выведенные его рукой, — это всего лишь вырванные из рукописи обрывки фраз. Кто-то из рабов был сильнее, кто-то слабее, но в способностях своих мы уступали Фер-Саллару — одним взмахом руки он мог лишить нас огня или, наоборот, поджарить.

А дальше, когда Фер-Саллар подчинил себе весь Олмаган, он повел армию рабов на столицу Келлесина, уничтожая все на своем пути. Я видел, как они сжигают деревни, как гибнут люди и целые города. Видел жестокость в глазах тех, кого всю жизнь притесняли и водили на поводке. И я понимал, что это неправильно.