Аспирра: таланты Мудреца

Возможно, именно поэтому он сумел найти Красную книгу? Возможно, именно этого хотел голос, который манил его домой?

— Мы уже несколько лет разыскиваем тебя, Кормарк, — учтиво кивнула ему мать. — Твое происхождение уже перестало быть тайной. Так как младшего принца также коснулся Отец Хаоса и Порядка, мы не стали допускать прежней ошибки.

— Младший брат. Такой же, как я...

— Уже плевать, кто и что подумает о нас на Юге — нашего авторитета на Севере они пошатнуть не смогут. — Брови Кантадоры сошлись над переносицей, губы сжались.

— Правда рано или поздно все равно всплывет на свет.

И снова Бритс чуть не захлебнулся в новом водовороте эмоций. Не то злоба, не то радость — он не мог найти ту тонкую грань, что отделяла одно от другого. Злился на то, что младшего принца не держат, как зверя, в клетке, но искренне обрадовался, что у него появился кто-то, кому он мог помочь.

«Возможно… Его даже можно научить управлять огнем».

— Если отправишься с нами, — продолжила мать, и солдаты тоже стали прислушиваться к ее речам, — ты будешь представлен на Совете сорока шести как Бритс — первый наследник королевского престола.

Люди примут тебя, если я встану за твоим плечом и назову сыном.

«Да у них выбора не будет», — подумал Кормарк, но смолчал.

Но тут неожиданное осознание тяжело опустилось на его плечи, подобно грузу из камней. А как же его новая Семья? Как же Гунн и Шейма? Мар-Лез? Как же его Алиша?

— Но я здесь не один, матушка, — неуверенно начал он, и черты ее лица погрубели.

— Мой лагерь неподалеку — там люди, с которыми я путешествую десять лет.

Солдаты принялись перешептываться, Кантадора молчала.

— Среди них есть хорошие солдаты, Кормарк? — вдруг спросила она. Ее не волновало, кто там главный и кого они слушаются — королева уже догадалась, за кем они идут.

— Солдат нет, — понурил лысую голову Бритс. — Но есть те, кому я доверяю.

— Ты можешь взять самых лучших людей и отправиться с нами.

— Она высвободила свою бледную руку из его обожженной ладони. — Если решишься, Кормарк, мы отъезжаем на рассвете.

Но решиться на столь серьезный шаг было непросто. Бритс покинул королевский лагерь тяжело волоча ноги, ведя Скейера под уздцы.

— Будь я проклят, — пробурчал он, изучая взглядом испачканные грязью сапоги.

Сегодняшний день навалился на Бритса, грозя сокрушить. Ему казалось, что любое принятое им решение окажется неправильным.