Аспирра: таланты Мудреца

Возможно, лишили бы месячного жалованья…

Тем временем по лестнице с капитанского мостика медленно спускался старик в свободном длинном одеянии молочного цвета. Спускался — сильное слово. Скорее боязливо переставлял трясущиеся ноги, держась обеими руками за перила. Жалкое зрелище, но что поделать. Аспиррцы расступились полукругом и смиренно ждали, пока старец спустится на палубу. И помочь ему было нельзя. Каждый на «Аспирре» понимал, что подать ему руку — все равно что прилюдно унизить.

Спина квартирмейстера была сгорблена, лысина блестела в свете фонарей.

Выглядел он худо и болезненно, но больше всего Луку пугало его иссеченное морщинами лицо, которое, потеряв от старости упругость, потекло, как воск свечи.

— Друзья мои, — прошамкал Хигганс, наконец оказавшись на палубе. Темные глаза ввалились внутрь черепа и теперь взирали на мир из-под тяжести сморщенных век. — На протяжении сорока трех лет я верой и правдой служил семье нашего калифара. Но сегодня, увы, мои странствия подходят к концу.

Я должен покинуть «Аспирру» и возложить свою работу на кого-то из вас.

Его слова публика встретила овациями и улюлюканьем. И пока все дружно скандировали имя Хигганса, Лука забрался на бочки возле грот-мачты, расслабленно прислонился к ней спиной, сняв с себя футляр с картой, и стал сворачивать самокрутку. Ему не было дела до этого старика. Его лишь интересовало, чем закончится голосование.

— Как же быстро летит время, — продолжил старик. — Некоторых из вас я помню еще пятилетними сорванцами, бегающими по главной площади Алриха.

Наивными и беспечными. Но вы уже давно не дети. Передо мной стоят взрослые, самостоятельные люди, не страшащиеся смотреть в лицо опасностям. Я знаю, что с такой командой «Аспирра» переживет любой шторм и сможет выполнить даже самое безрассудное поручение калифара.

Вновь матросы разошлись одобряющими аплодисментами. Лука было закурил, но суровый взгляд Велемира заставил его нехотя затушить самокрутку о древко мачты.

— Вацлава, милочка моя. — Хигганс нашел ее взглядом в толпе. Женщина ответила ему мягкой улыбкой. — Я до сих пор с радостью вспоминаю тот день, когда нашел тебя на Песчаных берегах. Ты была совсем ребенком, но даже в столь нежном возрасте уже обладала недюжинной смелостью.

— Да-да, — звонко рассмеялась она. — Все уже тысячу раз слышали эту историю, дедуля. Про мой побег от работорговцев и недельные скитания по пустыне.