Целитель. Чужая война

С одеждой, обложить со всех сторон вещами, так что, думаю, доедем без потерь. На первый взгляд, ничего не потерялось.

Плечо Йорг вправил быстро, не впервой ему, видно. Парень только ойкнул, но, с удивлением, сжал-разжал кулак, поднял руку. Потом обернулся к отцу и улыбнулся:

— Не больно.

Тот только улыбнулся в ответ.

— Это что за чудища?

Я решил не откладывать разговор надолго, а то потом скажут «ну, было и было» и не выведаешь у них ничего.

— Птицы-бегуны, - ответил Йорг. — Они, обычно, парами охотятся, да и мельче раза в два, а эти… Я таких видел в степях, на границе с землями пяти тёмных.

— Думаешь, не случайно они тут оказались?

— Могли и сами откочевать, если корма нет. Там лето засушливое, добычи мало.

Не верю я в такие совпадения. Надо было им откочевать именно, когда мы здесь проезжаем?

—Живы?

К нам подошёл старшина охраны. Йорг кивнул и поинтересовался в ответ:

—У вас как?

— Двое мёртвых и ещё троих ранило, лошадей вы сами видели. Слава богам, с госпожой всё в порядке.

—А пленные?

—По бездушному бегун прошёлся.

Пузыри пускает кровавые, но его же так просто не убить, оклемается. А староста в порядке, тоже подран немного, но до палача доживёт.

Я обернулся к обозу. Взгляд наткнулся на обезглавленную лошадь, которую охранники стаскивали с дороги. Вторая, с вырванными рёбрами, ещё была жива, дышала тяжело, изредка тоненько ржала, к ней подошёл охранник, замахнулся кинжалом. Я отвернулся, почувствовав, как к горлу подкатил комок.

—Видали таких огромных? —старшина посмотрел на бывшего сотника.

— Ниже по Химмелиску водятся, но в этих местах не видал никогда.

— Я тоже. Десять лет уже этой дорогой езжу, а такого не видел.

—А их приручают?

Спросил просто так, но оба, и старшина, и Йорг, посмотрели на меня как на умалишённого.

— Это кому же в голову придёт эдакую пакость пригреть?

—Мяса не напасёшься.

Гончар покачал головой.

Ну, да. Логично. Стая таких птичек, наверное, целое стадо овец может сожрать за день. Только не пойму, что меня напрягает.

Попытался припомнить, когда я начал беспокоиться. В бою не до того было, потом выстрелил в птицу, Йорг её добил и побежал дальше… Пацан из кустов выполз…

Вот оно! Что-то в убитой мной птице!

Тушу уже успели с дороги убрать, пришлось кряхтя от боли лезть в траву. Вот она, одноглазая. Так, что меня могло напрячь? Перья все на месте. Может быть что-то металлическое? Не зря же мысль пришла об одомашнивании. Осмотрел клюв, раздвинул перья на хохолке. Ничего.