Кровь Арды

Там не было ничего тварного, ничего сотворённого, ничего существующего. Только пространство — та самая пустота — да ещё вечно молчаливое время. Волны его разрушали всё, даже крепчайшее из крепкого; и никто, даже сами Валар, не смогли бы устоять перед его натиском.

— Аа-арх! — вырвалось у хоббита. Голова его кружилась, словно он стоял на страшной высоте, глядя вниз; мифрильный многогранник перед ним вспыхнул, каждый росчерк руны извергал из себя тёмное пламя; видение погасло, а у Фолко подкосились ноги.

Тяжело дыша, они с Элин Катриярой смотрели друг на друга.

— Что это было?.. — выдохнула чародейка.

Вместо ответа вспыхнули и два других талисмана. В пляшущем пламени на миг стали видны очертания материков и океанов, береговые линии, знакомые по картам Средиземья и восточных пределов суши; зелень лесов и желтизна пустынь, коричневые росчерки гор — всё тонуло в безумной пламенной пляске.

— И тогда мир будет расплавлен и отлит заново… — завороженно прошептал хоббит.

— Дагор Дагоррат, — выдохнула Катрияра.

— Дагор Дагоррат, как предсказано…

Горы взрывались, давно уснувшие вулканы извергали в небо исполинские столбы дыма пополам с пеплом, струились огненные реки лавы. Раскалывались равнины, вскипал океан, всё живое гибло в страшных мучениях — а оттуда, из-за края земли, там, куда вел Прямой Путь, где лежал сказочный Валинор — оттуда доносился слышимый повсюду в Арде грохот последней битвы.

Исполинские фигуры поднимались над рвущимся горизонтом, одна — тёмная — выше и шире остальных светлых.

Рядом с ним поднималась ещё одна, сотканная из ещё более непроглядного мрака, вздымались сияющие полосы багряных клинков. Головы этих фигур упирались в трепещущее и рвущееся, словно тонкая ткань, небо; зубчатая корона Моргота Бауглира, великого Врага, царапала сам голубой свод.

Спасения не было. Моря оборачивались паром, сухие ложа их раскалывались, на поверхность вырывался тёмный огонь.

— Всё, как предсказано… — услыхал Фолко сухой шелест чужого шёпота.

Казалось — Агнмарец стоит над самым плечом. — В этот день закончится всё и вся. Всё падёт и всё будет разрушено. И мы тоже. Если не истаем до этого срока…

Заполненные яростно-жёлтым, оранжевым, алым трещины змеились от запада на восток, рассекли всё Средиземье, дотянулись и до Вод Пробуждения, и до Срединного Княжества: Фолко видел рушащиеся башни и людей, мечущихся подобно живым факелам.

— Довольно! — услыхал хоббит свой собственный хрип.