Алмазный меч, деревянный меч

Начальник западной хвалинской таможни откровенно скучал. Свою взятку он уже получил, а больше придраться все равно было не к чему. Сидри он знал не один год - и знал, что осторожный, трусоватый гном никогда не ввяжется ни во что сомнительное.

- А это еще кто такие? - рыкнул он на унылого Сидри.

- Кто, кто?! - всполошился несчастный гном. - Ах, эти... Эти, изволите ли видеть.., внесены в список каравана.., пристали в пути...

Речь шла о двух высоких, стройных фигурах, что застыли возле самого конца растянувшейся цепочки лошадок.

- Внесены в список? Ну-ка, ну-ка... Подойдите сюда, откиньте капюшоны! Руки назад!

На подмогу таможенникам тотчас выдвинулась дюжина наемников-арбалетчиков.

Сидри стонал, обхватив голову руками. Остальные гномы мрачно топтались рядом со своим предводителем; у них не было никакого оружия, даже самый недлинный кинжал был увязан в тюки и опечатан имперским сотником при пересечении караваном границы людских владений.

- Внесены в списки каравана... - со зловещей ухмылкой повторил таможенник. - Счас мы на вас поглядим...

Двое. Мужчина и женщина, очень молодые, с чистой, розовой кожей, какую уже и не встретишь в загаженных людских поселениях. Оба высокие, он - в полных шесть футов, она - примерно пять с половиной. У обоих волосы густого золотого отлива, чеканные, твердые скулы, большие темно-зеленые глаза со странно поднятыми внешними уголками, тонкие рты, твердые подбородки с крошечными ямочками.

С первого взгляда было ясно, что они - не люди.

Правда, не были они и упомянутыми в воротной надписи "ельфами" или, того хуже, богомерзкими Дану. Скорее всего - племя Вольных, странного народа, чуть ли не древнее самих эльфов и Дану. Они испокон веку жили в своих дальних владениях на берегу Окраинного Океана, не вмешиваясь в дела остальных рас. Когда Империя сломила сопротивление эльфов, гномов и Дану, во время Первой Северной Войны, Вольные отчего-то остались в стороне, отвергнув предложения о союзе и от тех и от других.

И в дальнейшем, когда имперские латники добивали дерзнувшие поднять мятеж гномьи царства, когда имперские егеря, точно на зверей, охотились на Дану, когда жгли на кострах последних "диких" орков, гоблинов и прочих - Вольные оставались безучастны. И это при том, что они считались лучшими бойцами мира.