Алмазный меч, деревянный меч

Как бы плохо ни шли дела, господин Онфим-первый и братцы-акробатцы, наушники и прихлебатели хозяина, в еде себе не отказывали. Правда, потом господин Онфим брал плетку и лично сгонял с повизгивающих братцев лишний жирок.

- Привет, Троша.

- Ой, привет, Агатка... - Он покраснел, в один миг сделавшись смуглым, точно пропеченный солнцем дикий южанин-рыбоед с Островов.

Смешно - парень, которого на ярмарках каждый день подсовывали какой-нибудь купчихе, а то и скучающей барыне из благородных, пасовал и смущался перед Агатой неимоверно.

Бесхитростное его сердце, похоже, навеки оказалось пленено остроухой черноволосой девчонкой-Дану, отвратной и богомерзкой Нелюдью, согласно авторитетному мнению господ богословов Мельина, южной имперской столицы.

- Ты принес воды, спасибо.

Не больно-то радостно начинать день со столь мерзкой процедуры, но что поделаешь. Никто не знает, что может вывести из себя господина Онфима-первого. Порой он не обращает на чистоту посуды никакого внимания, а порой закатывает из-за этого несусветные истерики, кончающиеся побоями и порками.

Троша хотел было ответить, но засмущался еще больше и только махнул рукой.

- Дык что я.., я ж завсегда...

- Эй, вы, там, продрали глаза, ленивые тушканы? - гаркнул с козел Нодлик, вторую половину ночи просидевший за кучера. Вообще-то они с Эвелин были жонглерами; оба то и дело наставляли друг другу рога, ссорились и дрались, однако тотчас же приходили к полному согласию, когда дело касалось насмешек или оскорблений по адресу Агаты.

- Сколько мы отмахали, Нодлик?.. Давай бросай вожжи, у меня чай тут имеется, - откликнулся Кицум. - Холодная дорога леденит грудь и душу, пора маленько отогреться!

Агата никогда не могла понять, как можно одинаково относиться ко всем - и к ней, и к Троше, и к Нодлику с Эвелин, находившим своеобразное удовольствие в том, чтобы сделать девчонке-Дану очередную гадость.

- Чай? Ты сказал чай, о величайший из комиков? - возопил Нодлик. - Гони сюда эту драную кошку! Агата! Давай шевелись, не то мигом у нас схлопочешь!

"У нас" было сказано недаром. Эвелин никогда не упускала случая принять участие в расправе.

- Оставь ее, Нодлик. Она драит котлы.

- А-а.., самое место для такого дерьма, как эти Дану. Ну тогда Трошу сюда.

- Ага, ага, счас, господин Нодлик... - заторопился силач.