Боевой устав гнома

В этом месте точно жили гномы? Не упыри, не зомби?

– Точно-точно, – подтвердил Глоно. – Просто те погосты, где обитают демоны, становятся усыпальницами. Всюду поселяется прах и тлен, вырастают стелы Проклятия. – Он кивнул на черные "сталагмиты". – Никто их не возводит, сами по себе растут. Это как бородавки на теле земли!

– То есть Наама здесь может быть и не одна, – задумчиво проговорил Федор, обведя взглядом множественные проявления демонического обитания. – Что ж ты не предупредил?

– Откуда мне было знать? В пору моей юности гнездилась только она да пара инкубов.

Но инкубов мои земляки быстро отвадили. Пришли однажды всем погостом и так палками вздули, что те забыли дорогу к нашим женщинам! А когда я строил "Глоноцци", мне вообще не до того было, чтобы разными демоницами интересоваться.

– Хочешь сказать, потом на твой разъезд она не приходила?

– Ни разу, – сказал гном, неумело скрывая обиду и разочарование одинокого стрелочника, лишенного женской ласки – пусть даже обманной и прельстительной суккубьей.

– Эх, была не была! – решил комиссар и, взяв наизготовку взведенный магический жезл, двинулся по главной улице к дому с самыми высокими стелами Проклятия. – Держитесь за мной, парни, не разбредайтесь. Фенриц, ты самый быстроногий и голосистый. В случае опасности в схватку не вступай, а громко лай и мчись что есть силы к отряду. Приведешь подмогу.

– Я тоже быстро бегаю, – сообщил сдавленным голосом Квакваса.

– Когда все закончится, устроим соревнования, – пообещал Федор. – Если выиграешь, назначу отрядным скороходом.

А пока остаешься разведчиком, прикрываешь мою спину. Теперь – молчок. Будьте настороже, следите за флангами и тылом.

Главная усыпальница приближалась. Вот уже стали видны острые выступы, вмятины и наплывы на стеле, вот сделались различимы концентрические кольца паучьих тенет в окошках, вот потянуло из распахнутой двери сладковатым, дурманящим запахом.

У Федора на мгновение закружилась голова – показалось, что это аромат духов Фундис. Он чертыхнулся и провел ладонью по лицу, отгоняя морок, а когда опустил руку, увидел сквозь дверной проем женский силуэт в глубине дома.

– О, у меня гости, – проворковала женщина и вышла наружу. – Привет, малыш Глоно. А ты изменился, возмужал. Такой ты мне нравишься даже больше. Кто это с тобой? – Она с бесстыдным любопытством воззрилась на Федора. – Интересный экземпляр. Представь нас, малыш Глоно.

Комиссар ответил тем же, только взор его был не похотлив, а прям и строг.