Молот 1. Начало пути

Как я понял, один золотой равен ста медякам.

С такой суммой, по местным меркам, я обрел статус обеспеченного человека, и мог позволить себе купить дом или раба. Жаль, что нет таких денег, чтобы выкупить собственное прошлое...

Меня разместили в заброшенном доме по соседству с усадьбой Барка. Как оказалось, его прежняя владелица погибла месяц назад. Небольшой домишко с единственной комнатой оказался довольно уютным. Кто-то успел там навести порядок и застелить топчан свежевыстиранным бельем. Жена Барка вручила мне мою одежду, чистую и заштопанную.

Я купил у местного кожевника лоскуты выделанной кожи и бечеву, и уединился в своем временном жилище, заперевшись изнутри.

Вечером, кто-то постучал. Я глянул в щель — на пороге переминалась Тида с подносом в руках. Я грохнул засовом, и дверь впустила девушку внутрь.

— Я принесла ужин, — пролепетала она, глядя мне прямо в глаза.

Платье из беленого льна обтягивало упругую молодую фигуру. Шнуровка на груди небрежно разошлась, открывая соблазнительный вырез. Лоснящиеся волосы с запахом лаванды аккуратно заплетены в золотистую косу.

Совсем не похожа на ту замарашку в бесформенном балахоне, которую я отбил в лесу у разбойников.

Она поставила поднос на стол и игриво взглянула на меня, не торопясь уходить. Вглазах сверкали бесенята, а уголки губ слегка тронула улыбка.

Я схватил ее за руку и притянул к себе. Она прижалась ко мне, покрывая мое лицо и шею поцелуями... Мы сплелись в единое целое и грохнулись на топчан... Я дернул шнуровку на ее груди, обнажая затвердевшие, словно камень, соски.

Тида скинула платье, под которым абсолютно ничего не было. Прикрывшись золотистыми прядями собственных волос, она жадно впилась в меня поцелуем, будто хотела испить меня до дна. Я обхватил ее подрагивающие бедра, горячие на ощупь, и погрузился в сладострастное небытие...

Спустя час мы лежали, обнявшись, и смотрели в окно на заходящее солнце, на колыхание дубов, протягивающих в окна свои могучие ветви. Как вдруг звук колокола разрезал блаженную тишину, показавшись неестественным и чуждым.

— Мне пора, — встрепенулась Тида, надевая платье.

— Этот колокол возвещает о жребии? — спросил я, поглаживая ее стан.

— Да, сегодня ночь полной луны, — нахмурилась девушка. — В прошлый раз она забрала хозяйку этого дома...

***

На деревенской площади собралось несколько сотен жителей. Кровавые лучи закатного солнца высветили угловатую фигуру старосты, держащего в руках бочонок. Нас обволокла толпа, и Тида сжала мою руку.