Молот 1. Начало пути

Через каждые пятьдесят метров от меня дежурили глашатаи с лужеными глотками — они громкоголосно дублировали мои приказы на весь боевой участок стены.

От своих легких доспехов из алмазного сплава сегодня я отказался и надел толстую черную броню с шипами на плечах, выкованную специально к сегодняшнему бою. Такой панцирь позволял, не опасаясь стрел и копий, обозревать с высоты все действо.

— Ползут тараканы под башмак Астрабана! — с презрением процедил Скала, глядя, как ряды пехоты стройными рядами двинулись в нашу сторону.

— Почему вражеская конница стоит?

— Нагонит еще, коннице без пехоты нет смысла стену целовать, — ответил я.

Вначале появились клубы пыли, затем длинные деревянные лестницы и таран. Спустя мгновение в дымке стали различимы укрывшиеся щитами воины в броне и шлемах.

Центральные ворота Астрабана располагались немного наискосок по отношению к прилегающей дороге — инженерная хитрость зодчих. Подходя к городу, враг поворачивался к стене незащищенным щитом правым боком.

Солдаты волокли доски и бревна. Они перебросили их через ров с водой и цепочки потекли к воротам.

— Лучники! Гто-овсь! — заорал я, выжидая момент.

Вот до первых рядов осталось метров пятьдесят... Сорок... Пехотинцы немногоразвернулись, подставляя правый бок под удар.

— Пли-и!!!

Туча стрел зажужжала словно рой ос, засыпая пехоту, ударяясь в железо, пробивая плоть, взрыхляя землю. Крики и проклятия двухтысячной армии стали ответом.

— Заряжай! — закричал я. — Бей!!!

Второй залп нанес меньше урона — человек двадцать уткнулись в траву.

Вот враг уже под стенами. Третий залп отскочил от скорлупы из щитов сгруппировавшегося корпуса пехоты. Четвертый залп был не нашим — вражеские лучники посыпали зубья стен смертельным дождем. С такого расстояния обычные доспехи не выдерживали. Десяток моих солдат рухнули, пронзенные стрелами.

После четвертого залпа вражеская пехота с криками рассыпалась вдоль стены. Приставные лестницы, вздыбившись, припали к каменной кладке.

К центральным воротам неслась гигантская многоножка из прямоугольных щитов.

— Идет таран! — заорал я, — Камни вниз!

На железную многоножку посыпались булыжники и бревна, выбивая чешую щитов и давя ее человеческие сегменты.

— Не давайте ударить по воротам! Песок вниз!

Раскаленный в чанах песок красной пеленой наполнил воздух, выжигая многоножке глаза, легкие, забиваясь под доспехи.

Адские вопли и предсмертные стоны оглушительной песнью ласкали мой слух.