Рукопись первая: Звон Хрусталя

- А тебе-то откуда знать? - Ева уже была на ногах и выхватила меч, подходя, наоборот, ближе к чаще. По пути она пнула сопящего Матиса. Тот наверняка начал бы возмущаться, но услышав тихое пояснение — «волки» — от присевшего рядом рыцаря, мигом посерьезнел и потянулся к оружию.

- Чутье подсказывает, - двусмысленно отозвалась Маска, продолжая отступать. За деревьями послышалось рычание и сверкнули глаза. Ева выхватила крепкое бревно, припасенное для «подкармливания» костра, и выставила перед собой, как временный щит.

- Вперед не бросаться, защищать припасы и коней! - зычно крикнула наемница, пристально вглядываясь в темноту. Они с магом стояли рядом, на одной линии, Матис ринулся к рвущимся с места коням, Лукреций же оказался возле припасов, встав в боевую стойку. Одна Маска предпочла держаться рядом с мерно потрескивавшим огнем, но воровку драться никто и не обязывал.

Дружный вой раздался в воздухе, возвещая о начале атаки. Тридцать волков выбежало из-за деревьев, планируя вцепиться в шеи первым же стоящим на пути наемникам.

Уже никакое бревно не смогло бы спасти их от неминуемой гибели. Для волков это была знатная добыча, но внезапно вспыхнувшая вокруг лагеря стена огня разрушила их планы.

Дрогнув, Ева обратила взгляд на слегка наклонившегося Рассела, в глазах которого отражалось пламя. Тот, шепча под нос заклинания, сделал еще пару пассов руками, заставляя огонь взметнуться еще выше. Это избавило их по меньшей мере от трети противников, но остальные голодные звери кидались прямо в огонь, распаляясь пуще прежнего от боли и запаха паленой шерсти.

Первого подскочившего к ней смельчака Ева отшвырнула обратно вместе с бревном, в которое тот вцепился клыками. Правда, тотчас об этом пожалела, потому что осталась без защиты, а на подходе было еще двое волков.

Около десяти проскочивших через преграду зверей кинулось врассыпную, стремясь достать и припасы, ощущаемые острым нюхом, и коней, и, конечно же, человеческое мясо. Маска, которая, по-видимому, должна была выступить в последней незаманчивой роли, выхватила из огня горящую палку и ею отгоняла от себя клацающих массивными челюстями желающих поживиться.

Лукреций встретил своих противников изящно, первым же ударом двуручника отправив проскулившего волка к Онону. Однако единственный недостаток его меча сказался в этой битве: клеймор замедлял действия, и оттого мужчина едва успел отогнать зверя, почти схватившего его за ногу, вторым взмахом оружия.