Месть Империи. Братство Астарты

Нужно было оборудовать питейный зал, комнату для игры в кости и еще много чего, но большинство ходило с Добряком уже не один год и знало свое дело. Сам Акси сидел на походном стуле перед домом и посасывал короткую трубку. Со стороны казалось, что он полностью погружен в раздумья и все происходящие вокруг его мало волнует, но впечатление было обманчивым. Хотя в голове его действительно роилось немало важных мыслей, это не мешало ему замечать любую мелочь, были ли то разборки между девочками, болтовня погонщиков или нерадивость слуг.

Ничего не ускользало. Стоило лишь где-то возникнуть неразберихе, как немедленно там появлялся один из стражей Акциния и тумаками или криком восстанавливал порядок.

Вот и сейчас Клешня орал на замешкавшихся погонщиков, а Мера стоял за стулом своего хозяина и что-то нашептывал тому на ухо. Неожиданно привычную суету нарушил грохот лошадиных копыт и бряцание оружия. Наксос напрягся. Он предпочитал работать с простыми легионерами или варварами, а тут, судя по тому, как дрожала земля, явно шел отряд тяжелой кавалерии.

«Либо высокое начальство пожаловало, либо вельможные детки из катафрактов», — подумал Акси. И тем, и другим он был совершенно не рад.

Через мгновение из-за поворота в деревню ворвалась кавалькада всадников. Подняв столб пыли, они осадили коней на площади перед конюшней. Из пыльного облака раздался могучий бас:

— Ба, знакомая рожа! Акциний, твою ли воровскую харю я вижу?

— Мою, господин легат, мою.

Акси тяжело поднялся со стула, бурча про себя:

— Принесла же нелегкая.

Вот как чувствовал — не будет мне здесь покоя!

Командир первого варварского или, как его называли в армии, дикого легиона Серторий Михаил Вар наехал на Наксоса грудью своего коня.

— Давно не виделись. Я-то думал, тебя уже давно вздернули на виселице.

Отступая от храпящего жеребца, Акциний миролюбиво отшучивался:

— Хвала Огнерожденному Митре, жив еще пока! Да и за что, мой господин? Я торгую честно, плачу вовремя, никто не в обиде.

— За что?! — загрохотал оглушительный бас Сертория.

— Да за то, чтобы такие, как ты, небо не коптили, не спаивали и не обирали моих солдат!

Акси попытался изобразить искреннее возмущение:

— Да побойтесь бога, мой господин! Кто кого обирает?! Я лишь тружусь в поте лица своего, на благо базилевса и великой армии. Должны же солдатики где-то выпустить пар после трудов ратных. У меня здесь и накормят, и напоят, и приласкают…

Легат резко прервал излияния Наксоса:

— Хватит! Я не собираюсь выслушивать эту чушь.