"Гарем" Лорда

С красивой и явно искусственно сделанной грудью, солидным жировым запасом на дряблом животе и множественными растяжками на бедрах, особенно заметных на её смуглой коже. Видимо дама блюла здоровье и периодически усиленно худела…

Виновница шума растерянно оглянулась по сторонам, но тут же взяла себя в руки и тряхнув седеющими у корней каштановыми волосами, набрав воздуха в грудь, еще громче продолжила:

- Подобные действия недопустимы! Я, как начальница седьмого отдела департамента… - здоровенная каменюга глухо, но достаточно громко ударила прямо по центру её груди.

Второй камень, поменьше - прилетел со стороны гвардейцев и ударил куда-то в голову.

Женщина сдавленно охнула и размашисто опрокинулась на спину со всей высоты подломившихся, длинных и крепких, начинавших оплывать целлюлитом, но все еще привлекательных ног. С костяным стуком приложилась затылком о лежащий сзади неё валун. Дернувшись и раскинув руки, затихла…

- Жива дамочка, - констатировал подскочивший почти сразу же следом за камнем, плюгавый Кермит, приложив длинные, тонкие и такие же суставчатые как ноги, пальцы к её шее и после быстро ощупав кости черепа женщины, - Сомлела только немного.

Ничего – отойдет, кляча вислозадая! "Начальница департамента"! - издевательски осклабившись щербатым ртом, цыкнул зубом он, словно подводя итог произошедшему только что инциденту, а заодно карьере и всей прошлой жизни лежащего без сознания тела.

- Вот и хорошо, - вслед за разболтанным, продвигаясь мимо еще более раздавшейся в стороны толпы, к её центру, впереди всей своей арестантской команды, прокомментировал Гриф своим заржавелым голосом, - Под себя её заберу. Такие бабы-кони, с норовом - меня заводят.

- Значит, теперь главное, - буднично, даже не повышая тона, без паузы продолжил он, остановившись точно посередине толпы, - Нет здесь больше ни начальников департаментов, ни командиров, ни властей! Теперь вы все - пассажиры нашего корабля.

Уяснили?!

- Пиратского! – дурашливо захохотал все тот же Кермит.

- Меньше шелести, сказал! Утомляешь своей суетой. – тихо, но так что, снова услышали все до единого, с ленцой произнес глава заключенных. - Но по сути, этот не слишком приятный внешне юноша, прав.