"Гарем" Лорда

Споткнувшись о его прищуренную ухмылку девушка тут же сконфуженно залилась краской и словно желая что-то немедленно доказать Виктору и заодно реабилитироваться перед всеми остальными – решительно полезла в так напугавшие её кусты, в конечном итоге оказавшиеся совершенно необитаемыми и безопасными…

«Интересно, какие они - обитатели этой реальности? – озадаченно вздохнула Ева, - Похожи на нас? До какой степени развиты в техническом отношении? Насколько местные жители приветливы и дружелюбны и как отнесутся к появлению на своей земле чужаков? К чему нужно готовиться нашей группе нищих и безоружных изгоев, отторгнутых своим миром»?

Сплошные вопросы! К сожалению, а может быть и к счастью - пока не имеющие ответов…

…К намеченной целью похода бухточке они подошли со стороны побережья уже ближе ко второй половине дня.

Она оказалась совсем невелика и выглядела неимоверно уютно. От штормов, бурь и любого изменчивого настроения океанских просторов её ровную спокойную поверхность укрывали две «клешни» мысов, похожих как близнецы - высоко на три или четыре метра поднимающихся над поверхностью воды с противоположных сторон.

Скалистых, но по самому верху густо заросших зеленью. Изначально идущие примерно на полсотни метров перпендикулярно берегу, они постепенно выворачивали почти под девяносто градусов и располагались уже параллельно ему, расположившись своими концами метрах в семи друг от друга. Ближний к океану «коготь» глубоко «накладывался» на прибрежный и чтобы попасть в бухту со стороны воды - нужно было как по каналу проплыть между ними. Ну а обнаружить проход, ведущий к берегу между концами «клешни» - можно было лишь проплывая почти вплотную именно в этом месте.

- Зато тут нам уж точно не грозит гигантский кракен, - по-мальчишески засмеялся Чарли, - он просто не протиснется между этими мысами.

- Жаль. Наверное, ему очень скучно все время быть одному. А дельфины тут есть? – спросила Оливия, как всегда заставив всех испытать некоторую неловкость, тщательно укрываемую за доброжелательными улыбками.

Эта наивная и доброжелательная девочка - уже почти девушка, четырнадцати лет от роду, с навеки застывшем в семилетнем возрасте разумом: конопатая, кривозубая и плоская как ребенок – вызывала у окружающих естественные симпатию, сочувствие и желание сделать для нее что-нибудь приятное.

Инквизиция безжалостно изгоняла из под купола всех подобных ей «скорбных разумом» – называя это «платой за грехи» и очищением общества.