Окаянный груз

Я, если бы в тебе сомнение имел, еще месяц назад попросил бы полковника Симона другого реестрового прислать. И пану Войцеку доверяю. На помощь его очень рассчитываю.

— Какую такую п-помощь? — удивился Шпара. Его гнев уже прошел.

— А такую... Тебя здешняя шляхта очень даже уважает. А так же по окрестным застянкам. Я умею слушать и замечать. Если уж нас беспорядки ждут и смута, кто лучше тебя, пан Войцек, ополчение возглавит? За кем пойдут? Кому поверят?

Меченый тряхнул чубом:

— Захвалил ты меня, пан Либоруш, засмущал.

Ровно жениха на сговоре. Может ты и прав, только...

— Что — «только»? — по лицу сотника промелькнула тревога и озабоченность. Неужели откажется пан Шпара от его предложения? Это означало бы и отказ от дружбы, которая вот-вот начнет складываться.

— Да вот, понимаешь... Эх, пан Либоруш, ты от меня своих писем не скрываешь и я не буду. Хочешь прочитать?

— Да ладно, не надо. Ты на словах обскажи, если можно, раз секрета нет.

— Секрет есть, но не от тебя.

И не от Радовита, — Войцек разгладил пергамент в ладонях, потом сложил, после снова развернул и разровнял. — Пан Симон и мне о том же пишет. О бунте, зреющем в Выгове. Хотя нет, бунт — не правильное слово. Просто великолужичане наверняка хотят власть, со смертью Витенежа, из наших рук упущенную, поднять и удержать навсегда. И для этого пойдут на многое, если не на все.

— Будет обман или деяния неправомочные во время элекции, — Веско произнес Либоруш, — Хоровское порубежье поднимется.

Наш князь Богорад не потерпит. И воевода — Адась Дэмбок — с ним.

— Малые Прилужаны тоже за сабли возьмутся, если что, — покачал головой Войцек, — да только королевство это не спасет. Я думаю, наоборот совсем... Как начнем друг дружку резать, все, конец нашему королевству. Разлетится в клочья. А еще соседи завсегда рады упавшего пнуть сапогом. Они у нас хорошие, добрые — Грозин с Мезином, Зейцльберг с Руттердахом. А как дойдет дело до дележки каравая и Заречье с Угорьем не утерпят, даром, что в дружбе клянутся их государи и братьями нашему королю себя называют.

— А как же быть? Как отечество спасти?

— Эх, если бы я знал... — горестно протянул пан Войцек, дернул себя за ус. — Если б я такой умный был, уже бы в Выгове по правую руку от трона сидел бы. Пан Симон предлагает не после элекции кулаками махать, а до...

— Это как? — в один голос удивленно воскликнули Либоруш и Радовит.

— Как, как...